День после Розуэлла

[Землянин]

(это машинный перевод, поэтому в тексте есть ошибки и неточности)

ГЛАВА 14

Проект противоракеты

В течение моего срока пребывания в Пентагоне были периоды, когда что-то из розуэлльских
документов так резонировало в моей жизни, что я задавался вопросом, был ли в моей работе
какой-то больший план. После того, как я уволился из вооруженных сил, я читал о концепции
синхронности или слияния, как вещи или события имеют тенденцию группироваться вокруг
общей канвы. Такой канвой была разработка противоракеты, которая охватила мою работу в
УИР в Пентагоне, в течение моего небольшого периода службы советником в штабе сенатора
Строма Термонда, и течение моих лет в Риме во время войны и оккупации, как помощника
руководителя штаба, в разведке (G-2) и в Союзническом командовании в Риме.
В начале 1963 года, сразу после того, как я покинул Пентагон, сенатор Стром Термонд
попросил, чтобы я присоединился к своему штабу в качестве консультанта и советника по
проблемам военной и национальной безопасности. Конгресс только что выделил $300
миллионов, чтобы повернуть неокрепший план по исследованию выполнимости программы
противоракеты для полного развития проекта. Но, как только он покинул Сенат, он сразу же
натолкнулся на крепкий барьер.
Министр обороны Роберт Макнамара категорически отказался тратить деньги, мало того,
сказал он, это станет причиной усиления американо-советской гонки вооружений, они
фактически этим оскорбили бы Кремль, потому что этим они бы выдали свои попытки
подготовки первого удара путем нейтрализации советских МБР. Что хуже, сообщил он
Конгрессу, у вооруженных сил Соединенных Штатов попросту не было первоочередной
необходимости в вооружении.
Сенатор Термонд был рассержен и глубоко взволнован. Макнамара его просто не понял. Он
был полностью дезинформирован о том, как Советы реагировали на любое базирование
оружия с нашей стороны. Они не вели с нами переговоров ради сотрудничества, только при
необходимости следовать своим интересам. Если они думали, что мы могли сбить их МБР,
это больше, чем что-либо заставило бы их быть честными. Разве они не ушли с Кубы из-за
того, что увидели серьезность слов Кеннеди, когда он принял решение приказать военно-
морскому флоту организовать блокаду? Но у ЦРУ было ухо Макнамары и оно давало ему ту
информацию, которую хотели ему дать специалисты по дезинформации в Кремле: не
разрабатывать противоракету.
У нас с генералом Трюдо был секретный план, который мы отработали в Пентагоне за
предыдущий год. Предполагалось, что противоракета, используя лазерное наведение и
слежение, была бы прекрасным механизмом для того, чтобы заставить деньги разработать
лазерное оружие, которое мы в итоге смогли бы использовать для борьбы с НЛО. По крайней
мере мы так планировали. Генерал понял это от офицеров из Пентагона, пока я прикрывал
его фланги на законодательном уровне, свидетельствуя перед Комитетом по делам
вооруженных сил относительно эффективности оружия, которое прикрыло бы американские
стратегические силы, как зонтом. Если бы какая-либо страна была настолько глупа, чтобы
напасть на Соединенные Штаты, то противоракета остановила бы их наступление и
позволила бы нам не только уничтожить их вооруженные силы, но и держать в заложниках
центры сосредоточения их населения.
Не совсем так, заявило Министерство обороны. Размещение противоракеты стимулировало
бы наших врагов сначала напасть на наши города и разорить наше гражданское население.
Какой смысл наносить ответный удар, когда нам уже нанесен ущерб? Единственным, что
сохраняло наши центры сосредоточения гражданского населения, была способность каждой
стороны держать ядерные силы другой стороны в заложниках. Если бы обе стороны
уничтожили ядерные силы друг друга, то это дало бы каждой стороне время, чтобы
остановиться до взаимного разрушения гражданского населения.
Но министр обороны не видел смысла в войне. В особенности, он не видел уроков, которые
Советы извлекли во время Второй мировой войны, когда были разорены центры
сосредоточения их населения и люди были доведены до голода и каннибализма ради еды.
Такой опыт не настраивает Вас против разрушительных последствий войны, он Вас обучает.
Единственная надежда Советов на победу в холодной войне была в подавлении нашей
обороны и капитуляции. Отказываясь продвигаться с разработкой противоракеты, министр
обороны слушал аргументы, которыми его кормили с ложечки управляемые из КГБ люди в
гражданском разведывательном ведомстве и конечно же без его ведома,.
Реакцией сенатора Термонда на отказ Боба Макнамары выделить финансирование на
противоракету было проведение слушания подкомиссии по этой проблеме для того, чтобы
разобраться в причинах. Министерство обороны не хотело раскрывать секретные данные о
возможностях предполагаемого оружия и нашей политики в области обороны перед
общественной сессией Конгресса. Фред Бажард, который спустя несколько лет стал
адвокатом президента Никсона, предложил сенатору Термонду использовать сенаторскую
привилегию закрыть сессию Сената, чтобы проблему противоракеты можно было
конфиденциально обсудить со всем Сенатом. Но сначала, мы должны были запросить у
Министерства обороны определенную информацию и так как я был советником сенатора по
военным вопросам, эта задача свалилась на меня. Никто не знал, что фактически я был
офицером, подготовившим первоначальную информацию для начала программы
противоракеты и вероятно, я знал о документах больше, чем кто-либо, потому что менее чем
за год до этого я подготовил их сам.
Первая встреча с Министерством обороны проводилась в моем новом кабинете на цокольном
этаже Капитолия. Секретарь Макнамара отправил своего научного советника Гарольда
Брауна, который позже сам станет министром обороны, вместе с армейским полковником,
который стал офицером проекта программы разработки противоракет. Браун не знал кем был
я, но его военный помощник, конечно же знал.
"Полковник", - начал офицер проекта, как только я задал ему вопрос о направленном нами
запросе на получение информации, Гарольд Браун сидел напротив него на стуле.
Постепенно, как срезая лишнее с куска гранита, я расспросил офицера проекта об
определенных деталях программы противоракеты, сколько бюджетных ассигнований из
предыдущего финансирования Пентагона они уже потратили и в какой точке был бы их
график разработки, если бы текущее ассигнование было потрачено на текущую фазу проекта.
Затем я задал некоторые технические вопросы об исследовании наземных радаров,
спутниковых радаров, предположения о советской стратегии перехватывающих противоракет
и развития советских еще больших и более мобильных МБР, которые были более важными
целями любой противоракетной системы, потому что мы не могли уничтожить их с первого
удара. Установленные на железнодорожных вагонах или грузовиках, мобильные советские
ракеты было почти невозможно отследить даже при том, что для проведения заправки
жидким топливом они должны быть неподвижными.
"Я вижу, что мой помощник называет Вас полковником, г-н Корсо," - сказал Гарольд Браун.
"И кажется, что Вы конечно же знаете множество деталей об этой теме".
"Да, сэр", - сказал я. "Я несколько месяцев как уволился из армии, но пока я был в
Пентагоне, я был действующим офицером по проектам программы противоракеты".
"Тогда нет смысла утаивать", - сказал Гарольд Браун сказал и наконец-то впервые улыбнулся
на нашей встрече. Он протянул руку в своей карман и вытащил конверт. "Вот Ваши
экземпляры полных копий деталей проекта, о котором мы проинформировали президента
Кеннеди. Все здесь. И я полагаю, это то, что Вы официально разыскиваете", - сказал он с
особым акцентом на "официально". Он знал, что я знал о содержимом конверта, но не мог
огласить его перед Сенатом, потому что он содержал секретные данные и я бы этим нарушил
закон Национальной безопасности. Однако предоставление Брауном мне материала, большая
часть которого основана на информации, которую я сам подготовил и тайно
проинформировал генерального прокурора Роберта Кеннеди в 1962 году, давало мне полное
право разглашать. Вероятно он понял, что на частных встречах я обычно говорил о том, что
было в армейских документах по противоракете - это было формой сенаторской привилегии,
пока этим не стали злоупотреблять - но формально, я с этим мог никуда обратиться. Теперь
же я мог и я ценил искренность Гарольда Брауна.
Должна была начаться битва за финансирование, но я не мог просмотреть содержание
конверта, часть которого была моими собственными заметками, не задумываясь о
последовательности событий, которые привели к этой встрече и проекту, который в
результате был образован. Все началось еще в 1962 году, когда я работал над составлением
списка приоритетов из моих секретных документов. В нем было медицинское заключение о
существах, которое я пытался попридержать, пока не внедрил все предметы из Розуэлла в
процесс разработки.
Это был отчет о возможной функции и очевидной структуре мозга инопланетянина, доклад,
содержание которого поражало схожими чертами между мозгом EBE и мозгом человека.
Однако один пункт отчета заставил меня зациклиться. Судебно-медицинский эксперт
написал, что измерения мозговой деятельности еще едва живого EBE в Розуэлле, показали,
что его сигнатура или по крайней то, что они смогли измерить с помощью оборудования в
1947 году, показывала сигнал, похожий на то, что мы назвали длинными, низкочастотными
волнами. И эксперт привел описание одного из врачей Воздушной армии в Розуэлле, что
мозговые доли существа, казалось, были не только физиологически и неврологически
интегрированы, но также и объединены с электромагнитным током.
Я бы хотел отклонить предположение доктора, у которого не было опыта с таким типом
анализа и конечно не было никакого опыта с инопланетными существами. Поэтому,
независимо от того, что он написал, не было смысла и не стоило тратить на него время.
Документ вернулся в кабинет и его место заняли другие проблемы, которые можно было
превратить в жизнеспособные проекты. Но отчет судебно-медицинского эксперта был более
тревожным, чем я ожидал, потому что он вернул меня во времени, когда я был помощником
руководителя штаба в Риме и подружился с некоторыми выпускниками университета в Риме.
В то время я был капитаном двадцати пяти лет, бывшим техническим студентом, без единой
мыли у голове и изучавшим ежедневно свои должностные обязанности, опережавшим своего
босса на один шаг, чтобы он не узнал, что я в действительности ничего не знал. Во время
одного из моих визитов в университет я встретил доктора Джислеро Флеша, преподавателя
криминологии и антропологии, который читал мне лекции о том, что он называл своей
теорией и экспериментами с "основой жизни". Это была дикая и как я думал,
сверхъестественная теория о том, что он называл связью между клетками. Связь
активировалась неким космическим действием или формой электромагнитного излучения,
которая непрерывно бомбардировала землю из космоса и резонировала с постоянно
изменяющейся электрической активностью мозга.
"Капитан", - говорил он каждый раз, когда начинал некоторое формальное объяснение. Я
думал, что его всегда удивляло насколько молодого человека отправили из Нового Света для
управления законом и справедливостью в Риме, столицей древнего мира. Старый
преподаватель также был скрупулезен в демонстрации всем, включая самого плохого
студента, экстраординарного уважения. "Электромагнитные силы в теле наименее поняты", -
продолжал он. "Все же они вызывают большую активность, чем кто-либо понимает."
Как технический студент, весь опыт с энергией которого имел отношение к экспериментам
поддающимся проверке, я поначалу был настроен более, чем скептически. Как Вы можете
измерить электрическую активность в мозге, который не видите? Как могут невидимые
волны энергии, которую нельзя почувствовать или увидеть, возбуждать определенные
области клеток человека и какая у них цель?
Профессор Флеш представил меня профессору Кэсмиру Франку, одному из первых ученых,
кто когда-либо фотографировал мозговые волны. Профессор Франк стал мне другом, потому
что в течение моего пребывания в Риме, отбиваясь от агентов Гестапо, приверженцев
коммунистов и местных преступных кланов и вождей преступников, я всегда был занят
какой-то войной. Но когда у меня было свободное время, я хотел встретить людей, увеличить
свой опыт, полюбить город своих предков, которых мне поручили защищать. Поэтому я
искал сообщество друзей, к которым я мог иметь отношение и от которых я мог чему-либо
поучиться. Профессор Франк был таким человеком.
В первых экспериментах Франка, в качестве испытуемого, он использовал мозг кролика. Он
измерил то, что он называл генерируемыми длинными низкочастотными мозговыми волнами
животных и описал, как смог отследить пути по которым эти волны передавались от мозга до
произвольно сокращающихся мышц животного. Определенные мышцы, сказал профессор
Франк, были настроены, чтобы реагировать на определенные длины мозговых волн, на
волны определенной частоты. В случаях паралича мышц, не обязательно была повреждена
мышца, отключалась настройка механизма мышцы и она больше не принимала правильной
частоты. Это похоже на радио, сказал он. Если радио не может поймать сигнал, радио не
обязательно сломано; возможно, что его антенну или полупроводниковый кристалл можно
настроить на правильную частоту. Я посещал его лабораторию более, чем несколько раз и
наблюдал, как он проводил эксперименты с живыми кроликами, вмешиваясь в
распространение электромагнитной волны в их мозге, внедряя электроды и наблюдая, какие
мышцы цепенели, а какие отвечали. Он сказал, что эта частота изменялась сразу, как только
животное уносили со стола для экспериментов и оно могло ходить и прыгать, как-будто
ничего не произошло.
Затем профессор Франк представил меня другому своему коллеге, знаменитому биологу-
исследователю и врачу, доктору Кастеллани, который много лет ранее выделил и определил,
так называемую "сонную болезнь" и усовершенствовали то, что в 1930-х и 1940-х годах
стало известным как "Мази Кастеллани" для лечения множества кожных заболеваний. Он
сказал, что там где другие врачи сосредоточились на рассмотрении только признаков, они
видели только кожу, но проблемой многочисленной кожной сыпи, псориаза или воспаления,
которое было похоже на бактериальные инфекции, фактически было корректируемым с
помощью изменения электромагнитного резонанса кожи. Мази, сказал он, не воздействовали
на заражение с помощью лекарств; это были химические реагенты, которые изменяли
электростатическое состояние кожи, позволяя длинным низкочастотные мозговым волнам
проводить лечение.
Все трое использовали эти электромагнитные волны, чтобы способствовать исцелению
способами, которые я считал поразительными.
Они заявляли о способности электромагнитного лечения влиять на скорость деления клеток и
рост опухоли. Они утверждали, что посредством направленного распространения
электромагнитной волны могли вылечить болезнь сердца, артрит, все типы
бактериологических инфекций, которые вмешивались в работу клетки и даже определенные
формы рака.
Если это звучит как нечто сверхъестественное в 1997 году, вообразите, как должно было это
звучать в ушах молодого и неопытного офицера разведки в 1944 году, который до сих пор не
в своей тарелке чем даже раньше, закаленная британская разведка смеялась над его
возрастом. Они смеялись, пока они не увидели, что произошло с агентами Гестапо, которые
пытались повторно внедриться в Рим за линией фронта Союзников и были встречены моими
людьми на глухих улицах и в переулках.
Именно тогда смех закончился.
Я провел многие часы с профессорами Флешем, Франком и Кастеллани в Риме и наблюдал,
как они экспериментировали со всеми видами мелких животных. У них не было средств на
исследования, не было одобрений медицинских обществ, чтобы позволить им расширить
свои работы или лечить пациентов своими нетрадиционными методами. Таким образом
большая часть их работ нашла свой путь в монографиях об исследованиях, в статьях в
академических журналах или университетских лекциях на симпозиумах. И я уехал из Рима
весной 1947 года, попрощавшись со своим друзьям, которых я завел в университете Рима и
вынес их работу - низведенную до сверхъестественного - из своей головы, когда
сконцентрировался на своих новых рабочих местах в форте Рили, Белом доме, Красном
Каньоне, Германии и Пентагоне. И затем, в день, когда я столкнулся со неоднозначным
отчетом о структуре мозга инопланетянина из Розуэлла, все, как говорили профессоры Флеш,
Франк и Кастеллани, вернулось ко мне как удар грома. Я снова, уставился на лист бумаги
который перенес меня в прошлое и заставил меня рассматривать идеи и понятия из
десятилетий прошлого, бросавших вызов всему, что наука тогда говорила о работе мозга.

[Землянин]

(это машинный перевод, поэтому в тексте есть ошибки и неточности)

Пока я изучал отчеты о вскрытии мозга инопланетянина и мыслях судебно-медицинского
эксперта о значении низкочастотных волн, когда он подводил ток к тканям, я также смотрел
на отчеты армейской военной связи, прикрепленной к офису консульства в Сталинграде, в
которых описывались советские эксперименты с экстрасенсами, пытавшимися осуществить
некоторую форму кинетического управления сознанием летающими в воздухе объектами,
направлявших их из одной точки к другой. Эти написанные в конце 1950-х годов отчеты,
сильно обеспокоили генерала Трюдо, потому что они показывали, что у Советов было что-то.
"Эти парни не тратят время впустую, Фил", - сказал мне генерал тоном наших утренних
совещаний после того, как я сдал накануне отчеты и он смог просмотреть их. "Если они
изучают этот материал, тогда они знают, что в этом что-то есть".
"Вы не думаете, что этот отчет попросту сильное предположение?" - спросил я. Я знал по
выражению на его лице, что этот вопрос я не должен был задавать.
"Если Вы думаете, что это просто предположение, Полковник", - сказал он очень резко,
"тогда Вам не надо перекладывать ответственность на меня за то, чтобы рассказывать Вам об
этом". У генерала Трюдо был способ поставить на место, когда он считал, что Вы сказали
нечто-то глупое. И то, что сказал я, было очень глупо для офицера с моим образованием и
опытом. Он также знал, что я волновался по этому поводу, иначе я бы не попытался
отступить так быстро. "Вы правы, что волнуетесь по этому поводу", - сказал он, смягчив тон,
когда увидел, как я посмотрел на него. "Вы были бы правы, когда сидели в своем кабинете и
потели над тем, что это значит. И Вы точно знаете, что волнует нас обоих. Мне это сказать?"
Он не сказал. Это было очевидно. Если бы Советы достали какие-то части аппаратов из
какого-либо разбившегося в 1947 году инопланетного космического корабля - я не знал,
сколько их было - они к настоящему времени выяснили, что инопланетяне использовали
некоторую форму мозговой волны для навигации. Мы не знали, как они направляли свои
мысли или передавали их в электронную схему. Но мы знали, что в космическом корабле не
было никаких рулей или обычных способов управления и найденные нами повязки с
электронными датчиками в них, были разработаны, чтобы получать от мозга некоторый вид
сигнала. Аналитики из Райт Филд полагали, что датчики на повязках соответствовали точкам
на производившем низкочастотные волны многодольном мозге инопланетянина, таким
образом, повязки являлись неотъемлемой частью схемы. Если мы смогли понять это, то
Советы, конечно, также были способны это понять. Кроме того, генерал не должен был
говорить, потому что я думал так: Что, если у Советов, в самом начале их работ в космосе в
1960-х годах была некоторая связь с инопланетянами, которой у нас не было? Кто сказал, что
EBE должны быть настроены против коммунистов?
Генерал Трюдо также делился со мной некоторыми отчетами разведки, которые описывали
тестирование противоракет, которые Советы проводили с очень мощным отслеживающим
радаром. Мы знали об их радарах, потому что я видел как они работают во время тренировок
в Германии, когда каждая сторона проверяла ответ другой вдоль всей восточногерманской
границе.
Их радары и их возможности по захвату самолета были так же хороши как и наши. Но то, что
показал мне генерал, было отчетами, в которых описывались запуски Советами
перехватывающих МБР ракет и взрывающих перехваченные боеголовки, чтобы отключить
навигационные системы на ракетах агрессора. Один из таких испытательных перехватов был
успешно проведен сквозь атомное облако на одном из советских испытательных полигонов в
Азии. Особенно тревожило то, что любой, кто что-либо знает о природе атомного облака,
знает, что электромагнитный импульс немедленно отключает все виды электроники. Это же
самое мы знали о сигналах инопланетных НЛО, которые штурмовали наши суда и базы.
Большая часть наших незащищенных средств была отключена импульсом и мы знали, что
нас поразила электромагнитная волна. Таким образом, если Советы смогли усилить систему
наведения своей противоракеты, чтобы направляться на цель сквозь заряженное
электромагнитным полем атомное облако, они использовали значительно более передовую
технологию, чем наша и это грозило проблемами.
"Когда Вы командовали батальоном Найк в Германии" - спросил меня генерал, продолжая
держать в руке отчеты, "во время учебной стрельбы по дронам у Вас был опыт тренировок со
сложными маневрами уклонения, не так ли?"
Память генералу служила исправно. У нашего зенитного батальона был Найк, одна из самых
продвинутых управляемых зенитных ракет того времени. Найк — это управляемая радаром
ракета.
А Хоук был ракетой с тепловым наведением и мог наводиться на цель с помощью радара, а
затем, после запуска, наводиться по тепловому выхлопу цели. И даже если бы пилот
попытался уклониться от ракеты, то быстрые боеголовки Хоука его бы поймали и
уничтожили двигатель. Если бы это был истребитель с двигателем на хвосте, то он бы
эффективно закончил свою миссию и вероятно, должен был катапультироваться. Если бы это
был самолет с двигателем на крыльях, то взрывом ему бы оторвало один из двигателей на
крыле, в этом случае, вероятно, что пилот должен был свернуть к дому, потому что ему не
хватило бы мощности, чтобы донести груз бомб до цели.
"Когда мы стреляли по дронам, расположенных в формации для бомбометания, стрельбы
всегда проходили отлично, но когда пилоты использовали чрезвычайно быстрые маневры
уклонения от наших ракет, мы их поразить не могли", - сказал я.
"Опишите, как это происходило", - попросил он.
"Ракетае земля-воздух Найк движется, как лодка по воде", - объяснил я. "Они движутся по
широкой дуге и постоянно держат угол наведения на цель. Любой ранний маневр уклонения,
который делает летчик-истребитель, ракета компенсирует и держит курс на источник тепла.
Но если пилот сможет уклониться в самый последний момент движения Найк по траектории,
то ракета пролетит мимо по прямой и не сможет вернуться назад. Пилоты бомбардировщиков
должны сохранять порядок и держать курс, если они собираются поразить свою цель и
оставить достаточно топлива, чтобы вернуться домой, поэтому, их формы уклонения строго
ограничены. Летчикам-истребителям это делать намного легче, таким образом, любой МиГ,
точно так же, как и любой из наших Фантомов, может постоянно уходить от Найка".
"Поэтому, если у Советов есть нечто, что может провести ракеты с боеголовками через
атомное облако и они используют устройства, которые, возможно, произошли от
инопланетных технологий, у нас есть повод волноваться", - сказал генерал.
"У нас есть много о чем поволноваться", - согласился я. "У нас нет ничего, даже удаленно
напоминающее это, за исключением лазерной системы слежения, но мы на многие годы
отстали в разработке, даже предположив, что мы можем заставить президента просить у
Конгресса деньги на разработку".
Генерал Трюдо сильно хлопнул ладонью по столу, чтобы встряхнуть весь кабинет. Я уверен,
что сидящий снаружи секретарь подумал, что он что-то рявкнул мне, но так генерал решил
закрепить принятое им решение. "Фил, Вы в настоящее время офицер проекта
противоракеты. Меня ни черта не волнует, что вы там еще устроите, Вы напишете мне отчет
о том, что мы здесь обсудили и затем сформулируете предложение, которое я смогу
использовать, чтобы добыть немного денег на развитие этой штуки", - сказал он. "Я знаю, что
мы на правильном пути, даже если мы играем в странные игры. Управление с помощью
мысли", - сказал он, размышляя о том, как могла использоваться сила человеческого мозга
для управления ракетой. "Ну, если русские смотрят на это серьезно, то мы должны делать то
же самое, прежде чем они огорошат нас, как они это сделали со Спутником".
"Почему я?" - сказал я себе, когда спускался вниз по лестнице к своему кабинету. Это
походило на поручение написать курсовую работу, когда даже не было никакого
исследования, которое Вы могли бы использовать и которое можно было назвать
нормальным. Я должен был написать об аппаратных средствах и применении системы
навигационного контроля, не медицинских, по сути, или биологических функциях, что
делало все еще труднее. Я вспомнил своего сына, который сказал мне, что смог бы починить
сломанные бензиновые и электрические двигатели, которые больше не выдавали мощности,
потому что он полагал, что детали разговаривали с ним. Как выход, думал я пока спускался к
своему кабинету и думал об этом, Советы играли с такими вещами, что даже мой ребенок
конце концов казался мне не настолько сумасшедшим. Это было нечто, что мне надо будет
исследовать.
Если в информации, которую профессоры Флеш, Франк и Кастеллани передали мне в Риме
пятнадцать лет назад, была какая-либо обоснованность, то неопределенные предпосылки из
Розуэлла говорят, что вероятно я читал нечто верное.
Итак, я начал.
"Упоминание функции мозга EBE в отчетах судебно-медицинского эксперта из Розуэлла", -
написал я в своей вводной записке для генерала Трюдо, "предполагает новые пути наших
исследований по управлению и навигационному контролю машин. Электромагнитная
интеграция полушарий мозга инопланетянина и возможная интеграция с другими функциями
мозга, включая кинестетическую способность - способность перемещать объекты - на
большие расстояния потрясает и больше походит на научную фантастику, чем факт. Но если
мы можем установить корреляцию с длинными низкочастотными волнами и этой
электромагнитной интеграцией, это будет способом отождествления измеримого явления с
процессом, который мы не понимаем. Первоначально я рекомендую изучить явление, чтобы
использовать наши результаты для сбора и использования любых данных, которые мы можем
добыть относительно длинных низкочастотных волн и электромагнитной интеграции, чтобы
объединить с ними наше существующее оборудование управления и контроля и создать
новый уровень искусства в отслеживании ракет.
Предупреждение: Центральное разведывательное управление США начало программу, в
которой они работают с, как они их называют - "ясновидцами", парапсихологи, как
ожидается, дадут им такую же способность как и обучение "Психотронным Технологиям" в
КГБ. Обе спецслужбы окружают наши вооруженные силы и мы должны быть осторожными,
чтобы наше исследование не попало к ним в котел. Мы бы дискредитировали себя и
возможно, остановились, благодаря усилиям с обоих сторон, с нашей стороны, а также
благодаря протестам Советов, если они это узнают. Поэтому я рекомендую, чтобы окружение
наших экспериментов с длинными низкочастотными мозговыми волнами и любым исходным
материалом было полностью вычеркнуто, наряду с любыми историческими данными,
относящимися к этому анализу."
Моим базисом для предложенной нами противоракеты, был успех Советов в управлении
траекторией полета боеголовки МБР и наведением на вторгающиеся боеголовки вместе с
разработкой их собственной противоракеты.
"В последние месяцы", - написал я, наше внимание привлекло то, что Советы могут изменять
траекторию МБР после запуска на пути к цели. Кроме того, Советы дважды провели
испытание противоракеты, запущенной сквозь атомное облако в приближающуюся МБР.
Поэтому, техническое предложение должно быть составлено как можно скорее для:
1. Противоракеты, которая сможет захватывать вторгающуюся МБР и держать ее на прицеле
во время маневров уклонения и уничтожить ее, прежде чем она достигнет своей цели, и
2. Все схемы необходимо усилить для противостояния радиации, взрыву, высокой
температуре и электромагнитному пульсу от атомного взрыва, включая 60 мегатонную
русскую бомбу.
Предпосылки:
Наши нынешние зенитные ракеты, ориентированные на Найк-Аякс, Найк-Геркулес и Хоук,
не подходят для противодействия МБР и таким образом делают нас полностью
беззащитными перед подобным нападением. Существующие системы не могут
зафиксировать вторгающуюся МБР или обнаружить цель и уничтожить ее, если она изменяет
траекторию, враг тем временем может развернуться в течение десятилетия, на что указывают
последние советские экспериментальные модели. Наши спутники-шпионы смогут
определить местонахождение советских боеголовок, как только они стартуют, но Советы
также развивают способность отключать наши спутники наблюдения, или с помощью
разрушения их орбитальным ядерным оружием, или сбивая их с орбиты. По крайней мере,
способность советов произвести электромагнитный импульс с помощью ядерного взрыва в
космосе, сделает электронику наших спутников слепой. Секретные разведывательные сводки
подтверждают, что Советы уже отключили два из наших спутников и один, запущенный
англичанами. Поэтому у нас, есть две проблемы, мало того, что схему противоракеты
необходимо усилить, но и схема спутника-шпиона также должна быть защищена от
излучения, ионной эмиссии и ЭМ импульса. Но из-за соглашения о запрете ядерных
испытаний, у Соединенных Штатов не будет возможности провести фактические тесты,
таким образом, мы должны будем взвесить наши данные по результатам проведенных
испытаний и достигнуть значений, которые мы можем считать точными.
Когда генерал Трюдо прочитал мой полный доклад, он попросил меня поговорить с учеными,
которые консультировались с нами, как часть мозгового треста и развить обширное
гипотетическое техническое обсуждение, необходимое нам, чтобы вообще снять все
ограничения и объединить наши розуэлльские документы с данными разведки о проводимых
Советами тестированиях.
"Пусть Вас не волнует, как это будет передаваться, Фил", - уверил меня генерал Трюдо. "Я
хочу показать его только некоторым членам парламента и Комитету Сената по ассигнованиям
на оборону, они обещали хранить его в секрете".
"Я знаю, что Вы хотите сделать это прямо сейчас, Генерал", - сказал я. "Может быть я
поработаю над ним в оставшуюся часть дня?"
"Завтра утром", - сказал он. "Завтра после ланча мы с Вами встречаемся с подкомиссией
Сената и я хочу зачитать им этот отчет".
Я сказал свей жене, что вернусь домой рано утром, чтобы переодеться в форму и затем я
отправлюсь на Капитолийский холм на встречу. Затем я заказал несколько сэндвичей,
поставил себе кружку кофе и устроился в кабинете на всю ночь.
"Существующий дизайн и конфигурация наших МБР соответствуют...", - записал я в свой
блокнот, зачеркнул предложение, в затем написал его снова. "Однако, необходимо провести
внутренние изменения, особенно в капсуле боеголовки".
То, что я бы порекомендовал, будет очень радикальным. Нам была нужна полностью новая
навигационная компьютерная система, использующая транзисторные схемы, в настоящее
время начинающие свое развитие и проектирование для рынка конца 1960-х годов.
Я предложил смоделировать бортовой компьютер ракеты в виде мозга из двух полушарий с
одним полушарием или долей, получающим глобальные данные о расположении от
орбитальных спутников. Другое полушарие будет управлять такими функциями ракеты, как
маневровые двигатели, изменение позиционирования и отделение ступени ракеты-носителя.
Он будет получать данные с помощью низкочастотных сигналов из другого полушария.
Отвечающая за контроль доля также будет передавать телеметрию полета ракеты в долю,
отвечающую за позиционирование, таким образом, два этих компьютера будут
функционировать в паре. Это, рассуждал я, сделает систему более устойчивой к поражению.
Если бы наш спутник глобального позиционирования обнаружил угрозу приближения
противоракеты, то он передал бы эту информацию боеголовке, контролирующий компьютер
которой, управляя маневровыми двигателями, сделал бы маневр уклонения перед
заключительным заходом на цель.
Во что я верил, так это в то, что посредством применения и усиления низкочастотных
мозговых волн, с помощью которых EBE управляли кораблем, который мы нашли в Розуэлле,
внедрение у нас этой технологии могло бы позволить нам также шевелить мозгами, чтобы
управлять полетом объектов. Мы могли использовать некоторую форму системы мозговых
волн, чтобы управлять нашими ядерными боеголовками на заключительном этапе полета,
если бы их бортовой радар обнаружил бы угрозу от противоракеты. Мы также могли
использовать эту систему, чтобы наводиться на вторгающиеся вражеские боеголовки, даже
если бы они были способны на некоторые маневры уклонения.
Если мы проектировали ракету предложенным мной путем, к тому моменту, когда она
фиксировалась на заключительной траектории полета, ее взрыв был бы таким, чтобы даже
если бы она была сбита с курса, то своим взрывом нанесла бы достаточно ущерба, который
можно было признать попаданием. Достаточное количество наших МБР могло так пройти,
думали мы, чтобы сокрушить не только батальоны советских управляемых ракет, но и
создать реальную угрозу центрам сосредоточения их населения.
Между тем, разработанная нами технология для изменения направления полета наших МБР,
могла примяться как шаблон для наших противоракет, чтобы нейтрализовать любую угрозу
от советских ракет.
Мое заключение: "В финансировании 1963 года необходимо запросить средства в размере
$300 миллионов, в виде срочного финансирования разработок на основе розуэлльской
катастрофы".
Я прочитал свои примечания из конверта, полученного от Гарольда Брауна и посмотрел на
него. "Полковник", - сказал помощник Брауна. "Мы понимаем безотлагательность Вашего
запроса в прошлом году и мы ценим Ваши мотивы борьбы за него сейчас".
"Но Министерство обороны в этот период попросту не собирается позволить армии
разрабатывать противоракету. Не в 1963 году", - сказал г-н Браун.
"Когда?" - спросил я.
"Тогда" - сказал армейский полковник, "когда воздействие от разворачивания этой системы
будет сильнее, чем сейчас.
Русские знают, что у нас есть прицел на спутники, которые они запускают и мы можем сбить
их в мгновение ока, намного быстрее, чем они могут сбить наши".
Я приготовился ответить, но Гарольд Браун встал, чтобы уйти. Мы обменялись
рукопожатием и он пошел к двери. Армейский полковник встал перед перед моим столом.
"Возможно, что мы с Вами можем переброситься парой слов, полковник Корсо", - сказал он.
Мой партнер по комитету сенатора Термонда также ушел из кабинета.
"Мы в Пентагоне понимаем, что настоящая причина Вашей поддержки - это Ваши
первоначальные исследования технологий противоракеты, полковник Корсо", - сказал
менеджер проектов. "Они находятся в хороших руках".
Но я могу Вам сказать, что он не знал настоящую причину - EBE. Только генерал Трюдо знал
секретные планы, которые лежат в основе исследовательского проекта.
"Но как Вы думаете, когда начнется разработка?" - спросил я.
"Всего через несколько лет у нас будет лунный космический корабль на орбите вокруг
Луны", - сказал он. "У нас будут орбитальные спутники, сканирующие каждый дюйм
территории Советского Союза. Мы увидим то, что они могут направить против нас. Тогда у
нас точно появится противоракета, которую Вы предлагаете, потому что тогда даже у
Конгресса будут основания для отказа". "Но до тех пор..." - начал я.
"До тех пор" - сказал полковник, "все, что мы можем сделать, это ждать." Потребовались бы
еще двадцать лет для начала размещения противоракет. И это также затрагивало президента,
который был готов признать угрозу инопланетян, чтобы протолкнуть противоракетное
оружие сквозь враждебный Конгресс.

[Землянин]

(это машинный перевод, поэтому в тексте есть ошибки и неточности)

ГЛАВА 15

Мой последний год в УИР: Документы Гувера, Волоконная оптика, Суперпрочность и другие
предметы.

Я ЕДВА ОТРЫВАЛ ГОЛОВУ ОТ ГРУД технических предложений на своем столе все зимние
месяцы 1961 года. Работа не останавливалась даже на рождественские каникулы, когда
большая часть Вашингтона любит прерваться и съездить в горы Западной Вирджинии или
посетить окрестности Мэриленда. Я много путешествовал в течение последних месяцев 1961
года, наблюдая за тестированием оружия на открытых полигонах по всей стране, встречался
с университетскими исследователями по таким разнообразным темам, как хранение еды или
преобразование ядерных отходов в оружие и делал разведывательные сводки для генерала
Трюдо по видам технологий, которые могли бы определить направления разработки оружия
на следующее десятилетие.
С другой стороны я держался подальше от всяких поступающих в Воздушную Команду
Разведки отчетах о наблюдениях НЛО, я считал, что об этом должна думать Военная
разведка. AIC был следующим шагом в секретности работавших над проектом "Синяя
Книга" людей. Его работой, помимо очевидной задачи перемещения любого срочного
сообщения об НЛО вверх на следующие уровни секретности, где они исчезали под завесой
маскировки, была классификация типов событий или инцидентов, о которых сообщалось в
наблюдениях. Обычно это означало разделение на случаи с обычными самолетами, которые
необходимо было исследованы в целях военной разведки и на истинные случаи наблюдений
НЛО, которые необходимо было обработать во всех элементах настоящей рабочей группы,
определявшей правда это или ложь, которую было необходимо вернуть обратно вниз в
"Синюю Книгу" для разоблачения. В AIC любили, когда к ним поступали по-настоящему
ложные наблюдения, они могли их вернуть: он могли подтвердить явный метеорит, какую-то
визуальную аномалию, имеющую отношение к противостояниями планет или лучше всего,
когда несколько клоунов решили разыграть шутку из Хэллоуина и напугать местных
жителей. Были и парни, бегающие по пшеничным полям в снегоступах или показывавшие
местным газетам фотографии летающих тарелок от замороженных пирогов. Затем люди из
"Синей Книги" могли опубликовать историю в прессе и все поддерживали друг друга ради
работы, которую они все вместе делали. Жизнь в начале 1960-х годов могла показаться
забавной, особенно если Вы не знали правду.
Двигаясь в 1962 год, Военная разведка была переполнена приходящими со всех мест слухами
о потенциальных угрозах. Настроенные против Кастро кубинцы были без ума от отказа
президента в поддержке вторжения в залив Свиней и искали мести; Кастро был без ума от
вторжения в залив Свиней и надеялся отомстить нам; Хрущев был все еще в ярости от "У-2"
и событий в заливе Свиней и думал, что слабовольный Кеннеди скоро вынудит нас на
некоторый оскорбительный компромисс. Русские были на грани отправки пилотируемого
космического корабля на удаленную орбиту и роботизированного зонда для исследования
Венеры. Мы отстали в космической гонке и ни у одной службы не было бюджета или
способности вернуть нас в борьбу. НАСА говорило президенту, что им необходимо взяться
по-настоящему, развить технологическую базу и к середине десятилетия показать все миру.
Но сейчас, в начале года, все шло тихо и мы пока еще не могли показать что-то, чем можно
было бы похвастаться.
Армия зловеще шумела по поводу событий в Юго-Восточной Азии. Чем больше армия
продвигала наземные войска, тем больше администрация Кеннеди отказывалась принимать в
этом участие. Армия говорила президенту, что мы в итоге будем втянуты в войну, которую
мы не можем выиграть и нами будут управлять события, вместо того, чтобы нам управлять
ими. Позже в этот же год, мне предложили работу директора разведки армейского Спецназа,
уже работавшего в Юго-восточном секторе. Приблизительно в то же самое время армия
сказала, что собиралась назвать Генерала Артура Трюдо в качестве командующего всеми
американскими силами в Южном Вьетнаме. Поскольку наши имена часто упоминались,
генерал Трюдо доверился мне в том, что он сомневался в получении этой работы. И если бы
мы ее получили, сказал он, то исход в определении самого недовольного, Вьетконга или
армии США, был бы 50 на 50.
"Если они нас туда отправляют, Фил", - сказал он после одного из наших утренних
совещаний, "произойдет одно из двух. Либо нас обоих будет судить военный суд, либо мы
выиграем эту проклятую войну. Так или иначе, армии не нравится, как мы ведем бизнес".
Как обычно, генерал Трюдо был прав. Перед окончанием 1962 года и во время него, старик
решил подумать о пенсии, на его имя, как командующего всеми американскими силами во
Вьетнаме, было наложено вето и мне было сказано оставаться на своем месте. Все было
очевидно: Вьетнам был политической войной, которой управляют специалисты по
дезинформации из ЦРУ и прячут свою борьбу в тумане незнания. К сожалению, история нам
показала, чтобы все было правдой. К тому времени, когда Ричард Никсон сдался китайцам, а
несколько лет спустя мы уползали из Юго-Восточной Азии, мы узнали и я надеюсь в
последний раз, на что было похоже оскорбление на поле битвы, а затем потрошение за
столом переговоров.
Новый год принес Дж. Эдгара Гувера в Пентагон. Директора ФБР все сильнее беспокоили
истории о Розуэлле, циркулирующие по НАСА и гражданским спецслужбам, как ледяное
течение по глубокому дну океана. Кто-то что-то конспирировал и это значило, что ФБР
должно принять в этом участие, особенно если ЦРУ ничего не делало в вопросах внутренней
политики. Гуверу не нравилось ЦРУ и ему особенно не нравились, как он думал, уклончивые
отношения президента Кеннеди с ЦРУ, так как он полагал, что его босс, брат президента,
держал его на коротком поводке, когда агентству пришло время взять на себя решение
местных проблем. Гувер знал, а не полагал, что после залива Свиней, Кеннеди стал очень
подозрительным к получаемой от ЦРУ разведывательной информации. К концу 1962 года
президент узнает от своего брата, который узнает от меня, о выходящей из ЦРУ
некорректной информации. И я также узнал, когда работал на сенатора Рассела в Комиссии
Уоррена в 1964 году, как это отразилось на его судьбе.
Но в 1962 году, все еще на вершине своей власти, Дж. Эдгар Гувер был настолько же своим,
каким в Вашингтоне мог быть любой пожизненный бюрократ. И когда кто-нибудь наступал
ему на ногу или когда он думал, что кто-то наступил ему на ногу, он пинал его, пока парень
не отдавал концы. Даже его собственные агенты знали на что было похоже попасть к нему в
немилость. Я был своим на свой собственным лад также, как и директор ФБР был своим на
свой собственный лад и в течение моих лет в Белом доме при президенте Эйзенхауэре мы
поддерживали профессиональные отношения. Если он хотел знать что-либо о некотором
агенте КГБ, разнюхивающим что-либо в правительстве, я его выручал. Если я хотел что-либо
узнать о ком-то, кого я хотел бы удалить из бюрократической цепочке, он говорил мне, что
знал. Мы никогда не поддерживали формальных отношений в 1950-х годах, но всегда
сообщали друг другу о плохих парнях.
В 1950-х годах Гувер интересовался слухами о Розуэлле, потому по-любому ЦРУ заставляло
его понервничать. Если бы это были только вооруженные силы, управляющие операцией
маскировки, то он мог бы жить с этим, хотя и думал, что вооруженные силы не должны были
управлять УСС во время Второй мировой войны. Но как только он заподозрил, что ЦРУ была
частью истории с Розуэллом, он захотел узнать все. В свои годы в аппарате Белого дома, мне
не очень то и было что ему сказать. Так продолжалось до 1961 года, когда я узнал, что
действительно произошло в Розуэлле и затем я не должен был держать с ним контакт. Он
вызвал меня.
Мы поняли, что могли бы помочь друг другу. Помимо этого, будучи своим, Дж. Эдгар Гувер
был информационным фанатиком. Если вблизи плавало немного информации, были ли это
слухи или правда, Гувер был одержим желанием ее заполучить. Информация была для него
настолько ценным товаром, что он был готов торговаться за нее с любым, кому он доверял в
правительстве. Мне тоже была нужна информация. Я выходил на встречи с учеными и
университетскими исследователями, лояльность которых я не мог проверить. Я должен был
быть очень осмотрительным с передаваемой технологической информацией и множество раз
мне было необходимо знать, подозревался ли когда-либо особый химик или физик в контакте
с коммунистами или, что хуже, работал ли он на ЦРУ.
В ретроспективе я вижу, как все это имеет привкус размышлений о сенаторе Джо Маккарти,
но во время армейских слушаний Маккарти я был в Белом доме и я могу сказать Вам прямо,
что Джо Маккарти - невольно - был лучшим другом, который когда-либо был у коммунистов
в правительстве. В одиночку, сенатор Маккарти помог выйти в свет группе людей, у которой
никогда не было шанса сделать это иначе. Своей тактикой, он повернул презрение к
Конгрессу в геройский поступок и коммунисты в правительстве смеялись над свободой
действий, которую он им дал. Все, что им надо было делать, так это приносить ему время от
времени жертву, кого-то абсолютно неважного или абсолютно невиновного в каком-либо
проступке и Маккарти прибивал их к позорному столбу на телевидении. Но когда он
повернулся против Армии США, он вторгся на мою территорию и нам надо было его
заткнуть.
Коммунисты использовали Маккарти, чтобы дать им хорошую прессу и открыть область, где
они могли бы работать пока антикоммунистов выставляли дураками. Я сказал это Роберту
Кеннеди, который как молодой адвокат был членом следственного штаба Роя Кона,
работающего на подкомиссию Маккарти и который изучил непосредственно, на что было
похоже быть полностью введенным в заблуждение да саморазрушения. Это была ошибка, он
доверился мне, как он никогда не сделает снова. К сожалению, враги его брата были и его
тоже, он стал ошибочно думать, что пост президента позволит ему свести счеты.
Но в январе 1962 года, у меня в голове было только восстановление отношений с Дж.
Эдгаром Гувером, чтобы я мог следовать своему плану, наблюдая за теми, кто мог оказаться
опасным в академическом сообществе. Теперь у меня было кое-что для сделки по получению
необходимой мне информации. Мало того, что у меня были обломки из Розуэлла, которые,
как я знал, были необходимы Гуверу, у меня также была информация о внутренних
движениях в ЦРУ. Гувер был более, чем заинтересован в том, чтобы делиться информацией и
мы продолжали общаться прямо до 1962 года, пока я не оставил армию и не перешел в штаб
сенатора Термонда. Наши отношения продолжались весь 1963 год. И в 1964 году, когда я был
следователем сенатора Рассела на Комиссии Уоррена, а Гувер вел свое собственное
независимое расследование убийства президента, я и он могли только смотреть друг на друга
по разные стороны пропасти случившегося преступления. Против чудовищности
случившегося, мы оба, Гувер и я поняли, что некоторые сражения нельзя выиграть. Таким
образом их пришлось отложить на потом.
Я не уверен, считал ли Дж. Эдгар Гувер когда-нибудь в действительности, что история с
Розуэллом была правдой, чем-то скрытым под абсолютным заговором или просто
заблуждением, ставшим массовой истерией в пустыне. В армейских записках и под слоями
прикрытий фальшивых военных экспертов было похоронено столько деталей, что у него не
было возможности узнать правду. Но будучи хорошим полицейским, он брал информацию
везде, где мог ее найти и продолжал искать что-либо имевшее отношение. Если армия видела
угрозу нашему обществу, то Гувер думал, что это была угроза. И каждый раз, когда он мог
добыть сообщение о наблюдении с помощью очень осторожной пары агентов ФБР, которая
опрашивала свидетелей и выйти сухим из воды, он это делал. Он был более, чем готов
поделиться этой информацией со мной и именно так я узнал о некоторых неопубликованных
историях об увечьях рогатого скота в начале 1960-х годов.
Мой контакт с Дж. Эдгаром Гувером был также важен для меня, в начале моей работы в
первые недели 1962 года, так как уровень исследований в развиваемых нами проектах стал
очень интенсивным. Слухи о назначении генерала Трюдо командующим в Юго-Восточную
Азию и выбор меня директором разведки Зеленых Беретов в Юго-Восточной Азии, настолько
же неопределенные и неподтвержденные, устанавливали крайний срок для меня и генерала в
продвижении наших проектов, так как мы знали, что у нас был приблизительно только один
год пребывания в УИР. Таким образом, когда я разговаривал с директором ФБР, вопросы
были у меня всегда наготове. Мы никогда не делились письменной информацией и все
сделанные мной во время этих разговоров записи, после заучивания их или действий
относительно обсуждаемых дел, я позднее уничтожил. Даже по сей день, хотя агенты ФБР
связывались со мной относительно отчетов, которые предположительно, все еще лежат среди
старых документов, я не знаю какие заметки о наших встречах сделал директор ФБР и какие
меры он когда-либо предпринимал. Поскольку мы доверяли друг другу и контактировали
приблизительно один раз в шесть месяцев даже после того, как я оставил службу в
правительстве, я никогда ничего не упоминал и никогда не просил проверить информацию из
документов. Я думаю, что Гувер ценил это.
К февралю 1962 года я упорядочил свои проекты для окончательного забега, который либо
займет меня до конца года и дальше, либо я попаду в Южный Вьетнам, либо на пенсию.

[Землянин]

(это машинный перевод, поэтому в тексте есть ошибки и неточности)

Первая папка на моем столе называлась "Стеклянные нити".

Волоконная оптика

Члены спасательной команды, которая на утро после обнаружения обыскивала внутренности
космического корабля, сказали полковнику Блэнчарду из 509-го, что их поразило отсутствие
обычных проводов.
Где же электрические соединения? - спрашивали они, потому что было очевидным, что на
корабле была электроника. Они не понимали функций обнаруженных пластинок с печатными
схемами, но что было еще более важным, они были полностью зачарованы одинарными
стеклянными нитями, которые проходили через панели корабля. Поначалу, некоторые ученые
думали, что они входили в состав отсутствующих проводов, что смутило даже инженеров,
готовивших корабль к отгрузке. Возможно они были частью жгутов с проводами, которые
были повреждены во время катастрофы. Но у этих нитей были странные свойства.
Проводка казалась оторванной от пульта управления и была разделена на двенадцать
истрепанных нитей, которые выглядели как кварц. Когда вернувшиеся в ангар 509-го
офицеры спасательной команды посветили на один конец нити, с другого конца стал
выходить специфичный свет. Разные нити испускали разные цвета. Волокна - в
действительности стеклянные кристаллические трубки - вели к подобию распределительной
коробки, где волокна разделялись и расходились по различным частям пульта управления,
который, как казалось распознавал электрически различные цвета, пульсирующие в трубках.
Так как оценивающие материал из Розуэлла инженеры знали, что у каждого цвета света была
своя определенная длина волны, они предположили, что частота световой волны
активировала определенные компоненты пульта управления космическим кораблем. Но
кроме того, инженеры и ученые были сбиты с толку. Они не могли даже определить источник
энергии космического корабля, не говоря уже о том, что производило энергию для световых
трубок.
И самой удивительной вещью из всех было то, что нити не только были гибкими, но еще и
излучали свет, когда их сгибали, как скрепки. Как можно согнуть свет? - задавались вопросом
инженеры.
Это была одна из тайн физики корабля из Розуэлла, которая оставалась нераскрытой в
течение 1950-х годов, пока один из контактов в Корпусе Связи, который обычно
информировал генерала Трюдо о всяких разработках Корпуса Связи, не рассказал нам об
экспериментах с оптоволокном, проводящихся в Белл Лабс.
Технология была пока еще очень новой, сказал мне Ханс Колер во время частной встречи в
начале 1962 года, но обещание использовать свет для передачи всех видов сигналов через
одинарные стеклянные нити открывало большую перспективу. Он объяснил, что основой
оптоволокна должна была быть стеклянная нить из настолько прозрачного и свободного от
любых примесей стекла, что ничего не будет препятствовать прохождению луча света в ее
центре. Для передачи сигала также понадобится сильный источник света на одной стороне и
я думал об успехе рубинового лазера, который тестировался в Колумбийском университете. Я
знал, что EBE объединили две эти технологии в передающем стеклянном кабеле в их
космическом корабле.
"Но как свет изгибается?" - спросил я профессора Колера, все еще не доверяя тому, что
инопланетяне, как казалось, могли бросить вызов одному из наших законов физики. "Это -
какая-то иллюзия?"
"Это вовсе не фокус", - объяснил ученый. "Это только похоже на иллюзию, потому что
волокна настолько прозрачны, что Вы не увидите разные слои без микроскопа".
Он показал мне, когда я дал ему оторванный кусочек нити, которая хранилась у меня в
картотеке, что каждая жила, которая выглядела как однородный материал окруженный
крошечной трубкой, фактически состояла из двойного слоя. Когда Вы смотрели в
центральную жилу, Вы видели, что по периметру нити шел еще один слой стекла. Доктор
Колер объяснил, что индивидуальный световой луч отражался от окружающего центральную
жилу слоя так, чтобы свет не мог потеряться. Огибая стеклянными волокнами углы, а в
случае с космическим кораблем из Розуэлла, проводя их через внутренние перегородки
корабля, инопланетяне могли поворачивать свет и направлять его точно так же, как Вы
направляете струю воды через шланг. Я никогда прежде не видел ничего такого в своей
жизни.
Колер объяснил, что точно так же, как и лазеры, свет может переносить любой сигнал: свет,
звук и даже цифровую информацию.
"Сигнал не испытывает сопротивления", - объяснил он. "И Вы можете вместить больше
информации в луч света".
Я спросил его, как EBE могли использовать эту технологию. Он предположил, что
коммуникации корабля, визуальные изображения, телеметрия и все усиленные сигналы,
которые корабль отправлял или получал от другого корабля или от баз на Луне или на Земле,
могли бы использовать эти стеклянные волоконные кабели.
"По всей видимости, они обладают огромной мощностью для подъема какого-либо груза", -
предположил он. "И если лазер может усилить сигнал в самом чистом виде, по этим кабелям
можно одновременно передавать различные сигналы".
Я был более, чем впечатлен. И даже прежде, чем спросить его об определенных типах
приложений, в которых они могли бы использоваться в армии, я понял, как с их помощью
можно было сделать коммуникации на поля битвы более безопасными, так как сигналы будут
более сильными и меньше подвергаться помехам. Тогда профессор Колер предложил
использовать эти волокна для передачи визуальных изображений от небольших камер в
самом оружии к регулирующим устройствам в пусковой установке.
"Представьте", - сказал он, "возможность запустить ракету и видеть через глаз ракеты, куда
она летит.
Представьте себе возможность визуально захватить цель и в тот момент, когда она пытается
уклониться от ракеты, Вы это видите и вносите заключительные корректировки." И Колер
продолжал описывать потенциал того, как основанные на волоконной оптике датчики, могли
бы отслеживать передвижения врагов по земле, передавать большие визуальные изображения
со спутников наблюдения и сжимать очень сложные многоканальные коммуникационные
системы в небольшие объемы. "Вся космонавтика зависит от передачи данных, голоса и
изображений," - сказал он. "Но сейчас все эти реле и переключатели занимают слишком
много места, у сигнала слишком большой импеданс. Это нас ограничивает во время
выполнения заданий. Но представьте, что мы смогли бы приспособить эту технологию и
использовать в своих целях".
Затем он посмотрел мне прямо в глаза и сказал то же самое, что думал и я. "Вы знаете, что
это их технология. Это часть того, что позволяет им проводить исследовательские миссии.
Если бы это стало и нашей технологией тоже, то мы возможно смогли бы немного догнать
их".
Затем он спросил у меня о заинтересованности армии. Он объяснил, что некоторые наши
научно-исследовательские лаборатории уже изучали свойства стекла, как проводника сигнала
и это исследование нельзя проводить наспех. Эти проекты заставили на обеспокоиться об
УИР, потому что, если мы их полностью скроем, все будет походить на полный прорыв
технологических решений. Как Вы это объясните? Но если исследование уже идет,
независимо насколько глубоко, тогда просто в целях перепроектирования этой технологии
для своих нужд, будет достаточно продемонстрировать кому-то в компании один из этих
кусочков. И если бы у компании не было на это средств, то мы должны были бы
поддерживать это, как часть военного контракта на исследование разработку. Именно это я и
хотел сделать с технологией стеклянных волокон.
"Где лучше всего идет исследование в области оптоволокон?" - спросил я его.
"Белл Лабс", - ответил он. "Необходимо еще тридцать лет, чтобы это развить, но когда-
нибудь, большая часть телефонного трафика будет передаваться по волоконно-оптическому
кабелю".
У ВоенУИР были такие же контакты с Беллом, как и с другими подрядчиками, с которыми
мы работали, поэтому я написал короткую записку и предложение генералу Трюдо о
потенциале оптоволокон для всего диапазона продуктов, о которых мы говорили с
профессором Колером. Я описал свойства того, что мы первоначально назвали жгутом из
проводов и объяснил, как он передавал сигналы лазера, и что самое главное, как эти волокна
загибали поток света за угол и проводили его так же, как электрический ток проходит по
проводам. Представьте луч света с высокой яркостью на одной частоте, проходит так же, как
Вы наливаете воду в пустую ванну, написал я. Вообразите, какую силу и гибкость он
предоставлял для EBE, особенно, когда они использовали световой сигнал для передачи
различной закодированной информации.
Это позволило бы вооруженным силам переделать всю свою коммуникационную
инфраструктуру и позволить нашим новым спутникам наблюдения получать информацию
для наведения прямо над линией фронта и изучаемыми базами. Военно-морской флот смог
бы наблюдать за наступлением всего вражеского флота, военно-воздушные силы смогли бы
свысока смотреть на приближающиеся вражеские подразделения и наводиться на них сверху,
даже пока еще наши самолеты были на земле, для армии это дало бы стратегическое
преимущество, о котором мы не мечтали. Мы могли смотреть на все поле битвы, следить за
передвижениями войск, от малочисленных патрулей, до любых подразделений и
одновременно готовить наступления танков, артиллерии и вертолетов. Ценность волоконно-
оптической связи для вооруженных сил была бы неизмеримой.
Я добавил, что был почти уверен, что толчок развития в армии облегчит исследования в
области полного реинжиниринга уже устаревшей телефонной сети нашей страны и не будет
никем считаться неуместным вторжением. Мне не потребовалось долго ждать ответа
генерала.
"Займитесь этим", - приказал он. "И сделайте это быстро. Я дам Вам все необходимые
контакты. Расскажите им об этом". И в конце недели у меня была встреча с системным
исследователем в экспериментальной установке Western Electric рядом с Принстоном, Нью-
Джерси, прямо по пути от Института Специальных Исследований. Я сказал ему, что это
получено из-за границы, люди из разведки сняли это с разрабатываемого восточными
немцами нового оружия и они подумали, что мы могли бы это использовать.
"Если у Вас есть то, что Вы имеете в виду", - сказал он по телефону, "это очень интересно и
показывает нам, к чему идет наше исследование, мы будем дураками, если не уделим Вам
время".
"Мне потребуется меньше дня, чтобы показать Вам, что у меня есть", - сказал я. Затем я
сложил свой рапорты из Розуэлла в портфель, взял себе авиабилет на рейс в аэропорт
Ньюарка и отправился в путь.

[Землянин]

(это машинный перевод, поэтому в тексте есть ошибки и неточности)

Суперпрочное волокно.

Еще до 1960-х годов, когда я находился в Штабе по вопросам национальной безопасности,
армия начала поиски волокна для бронежилетов, защиты от шрапнели, парашютов и
защитного покрытия для другого вооружения. Для парашютов всегда предпочитали
использовать шелк, потому что он легкий и имеет невероятную прочность, которая позволяет
ему растягиваться, держать форму и выдерживать огромной давление. Были ли поиски армии
так называемого "суперпрочного волокна" вызваны просто потребностью в лучшей защите
для своих войск или тем, что было обнаружено спасательной командой в Розуэлле, я не знаю.
Однако я подозреваю, что армия занялась этим после обнаружения обломков на месте
крушения.
Среди предметов в моей розуэлльской картотеке, обнаруженных во время поиска, были
переплетенные волокна, которые нельзя было перерезать даже с помощью бритвы. Когда я
смотрел на них под лупой, их унылая серость и почти матовые концы противоречил прямо
таки сверхъестественным свойствам этого волокна. Их можно было вытягивать, оборачивать
вокруг предметов и скручивать с такой силой, что она разорвет любое другое волокно, но это
волокно выдерживало. И потом, когда приложенное усилие снимались, они становились той-
же изначальной длины и формы. Это напомнило мне о нитях в паутине.
Мы очень заинтересовались этим материалом и начали изучать множество технологий,
включая шелк пауков, потому что они единственные в природе обладают естественным
свойством суперпрочности.
Прядение пауком шелка начинается с его брюшной железы, через узкую трубку, выделяемый
белок вытягивает свои молекулы в одном направлении, превращаясь в очень длинную нить
со структурой, мало чем отличающейся от кристалла. Процесс экструзии не только
вытягивает молекулы белка, они сильно сжимаются, занимая намного меньше места, чем
занимают обычные молекулы. Эта комбинация продольных вытянутых и сверх сжатых
молекул дает нити невероятную прочность и способность вытягиваться под огромным
давлением, сохраняя свою прочность и целостность. Одну шелковую нить паука можно
протянуть почти на пятьдесят миль, прежде чем она порвется и если ее протянуть вокруг
всего земного шара, она будет весить всего пятнадцать унций.
Когда ученые из Розуэлла увидели, что это волокно, а не ткань, не шелк, а нечто
напоминающее керамику - покрывало корабль и образовывало слой внешней оболочки EBE,
они поняли, что это был очень перспективный путь для исследований. Когда я исследовал
материал и признал его подобие нити паука, я понял, что ключ к коммерческому
производству этого материала должен идти через синтез белка и процесс моделирования
екструзии. Генерал Трюдо содействовал мне в контактах с производителями пластмассы и
керамики, в особенности с Monsanto и Dow, чтобы узнать, кто проводил исследования в
области сверхпрочных материалов, в особенности, в университетских лабораториях. Мои
контакты быстро окупились.
Я не только обнаружил, что в Monsanto искали способ разработки процесса массового
производства искусственного шелка, я также узнал, что они уже работали с армией.
Армейские исследователи из Медицинского Корпуса пытались скопировать химическое
строение гена паука, чтобы произвести белок для шелка. Несколько лет спустя, после того,
как я покинул армию, исследователи в Университете Вайоминга и Dow Corning также начали
эксперименты по клонированию производящего шелк гена и разработку процесса для
экструзии шелковых волокон в сырье, из которого можно было бы изготовить ткань.
Наша научно-исследовательский контакт в Медицинском Корпусе сказал мне, что
воссоздание сверхпрочного волокна велось еще задолго до 1962 года, но любая помощь,
которую Медицинскому Корпусу могла оказать Иностранная Технология, найдет свой путь к
компаниям, с которыми они работали и вероятно не потребует отдельного бюджета УИР.
Офицер Медицинского Корпуса сказал мне, что если не сложится никаких чрезвычайных
ситуаций, то у них более чем достаточно финансирования разработок американским
правительством, а также медицинских и биологических грантов на проведение исследований.
Но меня все еще зачаровывала перспектива создать нечто похожее на сплетенную оболочку
корабля из сверхпрочной паутины. Я знал, что независимо от того, что это было тайной,
сделанная для нашего самолета из ткани или керамики своего рода кожа, даст им такую же,
как у корабля из Розуэлла защиту и будет при этом относительно легкой.
С другой стороны, я не знал об этом до последнего момента, но исследование способа
производства ученым, который, несколько лет спустя, выиграет Нобелевскую премию, шло
уже полным ходом. На встрече американского Физического Общества за три года до этого,
доктор Ричард Феинмен дал теоретическую вероятную оценку возможностей создания
веществ, молекулярная структура которых была настолько сжата, что у получившегося
материала могли бы быть радикально другие свойства по сравнению с немодифицированным
веществом. Например, Феинмен предположил, если ученые смогли бы создать материал, в
котором молекулярная структура была бы не только сжата, но и упорядочены по-другому, в
отличие от обычных молекулярных структур, ученые смогли бы изменить физические
свойства вещества удовлетворяющего определенным требованиям.
Для Американского Физического Общества это было совершенно новым материалом. Тем не
менее, в действительности, сжатые молекулярные структуры были одним из открытий,
которые были сделаны некоторыми оригинальными научными аналитическими группами и в
Аламогордо сразу после катастрофы в Розуэлле и в Воздушной Команде Материальной части
в Райт Филд, которая доставляла материал. Как молодой ядерный физик, Ричард Феинмен
был коллегой многих послевоенных ядерных специалистов, которые были сначала в армии, а
потом в программе управляемых ракет военно-воздушных сил, а также в программе ядерного
вооружения в 1950-х годах. Хотя я никогда не видел записок об этих свойствах, но как
сообщали, Феинмен был в контакте с членами группы Воздушной Команды Материальной
части в Аламогордо и знал о некоторых находках на месте крушения в Розуэлле. Дали ли ему
эти открытия теорию о потенциальных свойствах сжатых молекулярных структур, либо его
идеи были продолжениями теорий о поведении электронов в квантовой механике, за которые
он получил Нобелевскую премию, я не знаю. Но теории доктора Феинмена о сжатых
молекулярных структурах совпадали с усилиями армии по копированию состава
суперпрочного волокна и процесса экструзии. К середине 1960-х годов работа шла полным
ходом не только в большой компаниях по производству керамики и химии в Соединенных
Штатах, но в наших университетских научно-исследовательских лабораториях, а также в
Европе, Азии и Индии.
Вместе с моими вопросами о том, кто проводил исследование суперпрочных волокон и
ответом, где это исследование велось, я смог обратить свое внимание и на другие
применениям технологии, где армия могла бы помочь в ускорении разработок и где была
возможность развить разработку суперпрочных волокон параллельным путем. Наши ученые
сказали нам, что один из способов моделирования эффекта суперпрочности состоял во
взаимном переплетении композитных слоев ткани. Эта идея была предпосылкой для поисков
армией возможности разработки бронежилета, который будет защищать от осколков
шрапнели и пулеметных очередей.
"Это не защитит от контузий", - сказал генерал Трюдо после встречи с исследователям из
Армейского Медицинского Корпуса в Уолтер Риде. "И шок от ударного воздействия будет
достаточно силен, чтобы убить кого-либо, но по крайней мере, как предполагается, это
воспрепятствует попаданию пуль в тело".
Я думал о множестве тупых травм, которые можно встретить во время боя и можете
представить себе воздействие, которое оставит длинная очередь, даже если эта кожа не будет
пробита. Но благодаря стремлению генерала и организованные им для меня контакты с
DuPont и Monsanto, мы непрерывно исследовали возможность разработки тканного
материала для пуленепробиваемых жилетов. Я перевез целые тонны материалов с
описаниями найденной в Розуэлле ткани на свои встречи в этих компаниях и показал
настоящую ткань ученым, которые посетили нас в Вашингтоне. Мы не хотели рисковать
материалом и перевозить его по стране. К 1965 году DuPont объявила о создании кевларовой
ткани, которая к 1973 году была представлена рынку, как пуленепробиваемый кевларовый
жилет и сегодня она распространилась среди вооруженных сил и правоохранительных
органов. Я не знаю, сколько тысяч жизней было спасено, но каждый раз, когда я слышу о
полицейском кевларовом жилете, который спас от смертельного ранения в грудь или спину, я
вспоминаю те дни, когда мы только начинали предполагать о ценности тканного
суперпрочного материала и благодарен тому, что наш отдел сыграл свою роль в разработке
продукта.
Наши поиски сверхпрочных материалов также привели к разработке сложных пластмасс и
керамики, которые выдерживают высокие температуры, давление от быстрых маневров в
воздухе и еще невидимы для радаров. Оболочка космического корабля из Розуэлла, сотканная
из сверхпрочных волокон, как я считаю, также стала стимулом для полностью нового
поколения атакующих и стратегических самолетов, а также композиционных материалов для
будущих проектов военных вертолетов.
Один из самых больших слухов, крутящихся в течение многих лет после событий в Розуэлле,
стал достоянием общественности после свидетельства отставного майора Военно-
Воздушных Сил Джесси Марселя перед тем, как он умер, и состоял в том, что технология
"Стелс" стала результатом полученных из Розуэлла знаний. Это верно, но прямой передачи
технологии не было. Военная разведка знала, что в определенных условиях у космического
корабля EBE была способность скрываться с экрана радара, но мы не знали, как они это
делали. У нас также были куски оболочки космического корабля из Розуэлла, которая
состояла из сверхпрочных волокон. Насколько я знаю, нам так и не удалось воссоздать
точный процесс производства этого материала, точно также, как мы не смогли дублировать
электромагнитный двигатель и навигационную систему, которая позволяла кораблю из
Розуэлла летать, даже при том, что у нас есть этот корабль и еще другие в Нортоне, в
Эдвардсе и на авиабазе Неллис. Но с помощью исследования, как этот материал работал и
какими были его свойства, мы скопировали материалы и выпустили с конвейера полностью
новое поколение самолетов.
Хотя американская общественность впервые услышала о существовании технологии Стелс
во время кампании президента Джимми Картера против президента Форда в 1976 году, мы не
увидели действующий "Стелс" до начала воздушных атак на Ирак во время войны в
Персидском заливе. Там, абсолютно невидимый для иракских радаров истребитель Стелс,
впервые использовался для высокорискованных атак на иракскую систему ПВО и работал
почти с полной безнаказанностью. Невидимые для радаров, невидимые для тепловизоров
ракет, налетающие из ночного неба как демоны, истребители Стелс с их серповидным
фюзеляжем, удивительно похожи на космический корабль, который врезался в арройо вблизи
Розуэлла. Но не обращая внимание на форму, само сложное покрытие Стелса, которое
помогает сделать его невидимым для почти всех видов радаров, было инспирировано
исследованием в ВоенУИР оболочки корабля из Розуэлла, разобранного по частям для
распределения по лабораториям всей страны.

[Землянин]

(это машинный перевод, поэтому в тексте есть ошибки и неточности)

Невидимые снаряды из обедненного урана.

Для военно-воздушных сил технология "Стелс" означала, что самолет мог незаметно для
вражеских радаров приблизиться к цели и сохранять это преимущество в течении всей
миссии. Армейским вертолетам технология "Стелс" дает невероятное преимущество в
операциях типа "найти и уничтожить", при разведке или в рейдах вглубь вражеской
территории. Но возможность применения "Стелс" для артиллерии, которой мы в УИР
озадачились в 1962 году, позволила нам сделать то, о чем думали военные начиная с первого
появления артиллерии в западноевропейской армии и победе Генриха V в Азенкуре в начале
пятнадцатого века. Конечно, Наполеон тоже хотел бы этим завладеть, когда использовал свою
артиллерию против британской линии при Ватерлоо. И немцы во время Первой мировой
войны, когда их артиллерия обстреливали Союзные войска в окопах, а затем и в битве в
Арденнах в 1944 году, когда находившиеся в Риме могли только молить бога, чтобы наши
парни смогли продержаться, пока небеса не разверзлись и наши бомбардировщики не смогли
разбомбить немецкие окопы.
Во всех артиллерийских сражениях, любой источник выстрела можно отследить и затем
подавить ответным огнем. Но с увеличением дальности стрельбы мы нашли способы
скрывать это оружие, мы стали профессионалами в маскировке артиллерии до момента
появления на поле битвы радара, который позволяет проследить траекторию полета снаряда,
вплоть источника стрельбы. Но вообразите, что если бы снаряд был из такого материала,
который сделал бы его невидимым для радара? Эту возможность мы и предложили генералу
Трюдо: невидимый для радара артиллерийский снаряд, предложил я ему однажды утром,
находясь в его кабинете, когда мы составляли план относительно научных исследований
композиционных материалов. На ночном поле битвы будущего Вы могли бы применять
оружие, которое было бы невидимым даже для самолетов с радарами, пролетающих прямо
над линией фронта. Снаряды бы падали, а враг не знал откуда они прилетают, пока мы не
достигли бы преимущества в пять или более залпов. К тому времени, с учетом преимущества
от неожиданности, врагу мог быть причинен весомый урон. Если бы мы использовали
механизированную артиллерию, то мы могли навести орудия, провести серию залпов, быстро
переместиться и навести орудия на противника из уже нового места.
Секрет заключается не в точно такой технологии, как у самолета Стелс, а в развитии
невидимой для радаров керамики, которая может противостоять огромному давлению в
стволе во время выстрела и лететь по дуговой траектории. Поиски подходящей по
молекулярному строению сложной керамики был вдохновлен композиционным материалом
космического корабля из Розуэлла. Занимаясь анализом, армия попыталась определить,
каким образом инопланетяне изготовили материал, из которого сделан корпус космического
корабля, и смогла это сделать. Поиск композитов с упорядоченным молекулярным строением
начался в 1950-х годах, даже прежде, чем генерал Трюдо начал управлять УИР и
продолжался в течение всего моего срока пребывания в Иностранной Технологии, когда в
Локхиде начались первые эксперименты с технологией "Стелс", которые в итоге привели нас
к истребителю "F117" и бомбардировщику "Стелс", и они продолжаются также и в настоящее
время.
Генерал был также более, чем заинтересован в разработке боеголовки, которую мы хотели
предложить для снарядов, боеголовки, которая стала применяться в 1961 году и успешно
применялась во время войны в Персидском заливе. У нас было предположение о снаряде с
боеголовкой из обедненного урана, который, как мы думали, мог изменить природу всех
сражений с силами стран Варшавского договора. Таким способом можно было расходовать
запас урана, который мы предполагали получать в виде отходов от работы коммерческих
ядерных реакторов, реакторов американских военных кораблей и ядерных реакторов,
которые армия разрабатывала для своих баз и для баз за границей.
Обедненный уран - это плотный, тяжелый металл, настолько плотный, что обычное
вооружение не шло ни в какое сравнение с высокоскоростным выстрелом этим снарядом. Его
способность пробивать даже самую прочную броню танка и взрываться сразу после
попадания внутрь, означает, что один выстрел из нашего танка, оборудованного лазерным
прицелом, выведет из строя или даже полностью разрушит танк врага. Обедненный уран дал
бы нам решительное преимущество на европейском поле битвы, на котором, как мы знали,
противник в соответствии в Варшавским договором будет превосходить нас в два или три
раза в численности или в Китае, где одна только численность войск означает, что мы или
потерпим поражение, или должны будем прибегнуть к ядерному оружию. Снаряд из
обедненного урана позволит нам избежать применения ядерного оружия.
Я намекнул генералу Трюдо по секрету, что обедненный уран также соответствовал нашему
тайному плану. Это было совершенно иное оружие в потенциальном арсенале, который мы
строили, чтобы противодействовать враждебным инопланетянам. Если обедненный уран мог
проникать через броню, смог бы тяжелый сердечник проникнуть через сложную оболочку
космического корабля, особенно если бы эти космические корабли были на земле? Я
предположил, что конечно, он заслужил разработку на соседнем Абердинском
испытательном полигоне в Мэриленде и если бы дело оказалось стоящим, то он бы стал
оружием, производство которого мы должны были разворачивать.
Даже при том, что композитный керамический снаряд "Стелс" все еще несбыточная мечта
для разработки вооружения, обедненный уран изменил ход военных действий на войне в
Персидском заливе, где он либо вредил танкам иракской Республиканской гвардии, либо
разрывал их на части. Выпускаемые из танков "Abrams" с лазерным наведением, из
противотанковых ракетных установок или даже из самолетов прикрытия пехоты "Hedgehog",
боеголовки из обедненного урана наносили урон в Заливе. Это был один из самых больших
успехов в разработках оружия ВоенУИР, который стал возможен благодаря тому, что мы
узнали из катастрофы в Розуэлле.

[Землянин]

(это машинный перевод, поэтому в тексте есть ошибки и неточности)

HARP - Проект высотных исследований.

HARP был другим проектом, потребность в научных исследованиях которого проистекала из
проблемы летающих тарелок. Они могли управлять нашими самолетами, а у нас не было
управляемых ракет, которые могли бы их сбить и у нас не было оружия, которое могло бы их
подстрелить. Также мы исследовали системы вооружения с двойным или тройным
применением и HARP или "большая пушка", был одним из таких систем. По существу
проект HARP был детищем канадского эксперта по артиллерийскому делу и ученого доктора
Джеральда Булла. Бeлл изучил угрозу немецкой "Большой Берты" во время Первой мировой
войны и нацистского супероружия "Фау-3" в конце Второй мировой войны. Он понял, что
дальнобойная, мощная артиллерия была не только практическим решением запуска тяжелых
снарядов, она была доступной сразу, как только была закончена начальная научно-
исследовательская фаза. Массовое производство больших пушек и их предназначение,
пошаговая сборка прямо на месте, могли обеспечить огромную огневую мощь спрятанную
далеко за линией фронта против любой армии. Они стали бы стратегическим оружием,
чтобы проливать ядерные заряды на центры сосредоточения вражеского населения или
районы сосредоточения их войск.
Доктор Булл также предположил, что оружие можно было загрузить еще одной работой, для
запуска на орбиту сильных зарядов и вывода боеголовки на нужную высоту, используя
пушки, как ступень ракеты-носителя. На это потребовалось бы минимальное количество
ракетного топлива и почти со скоростью артиллерийского залпа, могло эффективно запустить
ряд спутников на орбиту за очень короткое время. Если бы армии потребовалось быстро
запустить специальные спутники на орбиту или, что еще лучше, спутники со взрывчаткой,
это поставило бы под угрозу орбитальные инопланетные корабли, большая пушка была
одним из способов решения этой задачи.
У этого супероружия была также и третья сфера применения. Генерал Трюдо предвидел
способность этого оружия производить выстрелы, которые в конечном счете могли долететь
до лунной орбиты. В особенности, если бы между Соединенными Штатами и СССР
вспыхнули военные действия или, как мы ожидали, между Земными вооруженными силами и
инопланетянами, то мы могли бы пополнять запасы на военной лунной базе, без
необходимости полагаться на средства для запуска ракет, которые работают медленно и очень
уязвимы для нападения. Скрытое супероружие, даже линейка супероружия, дало бы нам всю
выгоду от применения полевой артиллерии или быстрореагирующего зенитного
подразделения, а в мирных целях, запускать полезные грузы в космос. Именно эта
комбинация возможностей восхитила генерала Трюдо, потому что она позволила одному
проекту УИР оказать помощь в создании множества различных систем.
Соединенные Штаты, Канада и Британские вооруженные силы объединили свои совместные
экспертные знания, чтобы вместе с генералом Трюдо найти способы разработать суперпушку
доктора Булла и я верю, что они стали одними из самых верных сторонников Булла. Но к
тому времени, когда должны были приниматься решения по военному бюджету для
финансирования вооружения, все государственные военные учреждения отдали свои голоса
за управляемую ракету, ведь космический корабль запустили с помощью ракеты, а не
суперпушки. Пока у оружия был некоторый потенциал, Соединенные Штаты,
Великобритания и Канада была слишком далеки со своими программами запуска ракет,
чтобы разработать абсолютно новый тип оружия. И в итоге, они решили завершить
исследование, продолжая пристально следить за усилиями Булла продать свою технологию в
другие государства, в особенности государствам на Ближнем Востоке.
В течение 1980-х годов, Джеральд Булл, которого я встретил на приеме в честь генерала
Трюдо в 1986 году, вел переговоры с израильтянами, с иракцами и возможно даже иранцами.
Десятилетняя война между Саддамом Хуссейном и Ираном показала продавцам
плодородную почву для продажи оружия в целом и особенно Джеральду Буллу, который
дружил с обоими сторонами. В конце концов он заключил сделку с иранцами, проверив
экспериментальные версии суперпушки и планируя построить пушку монстра, до момента,
когда вмешались вмешались британцы и захватили детали ствола пушки, прежде чем их
отправили за границу. Возможно, что к этому времени доктор Булл, стал помехой для
иракцев, израильтян, а также для Соединенных Штатов и был застрелен возле своей
квартиры в Бельгии перед началом войны в Персидском заливе.
Как у персонажа Жюля Верна в "От Земли до Луны" Барбикана, у Булла было предвидение
потенциала артиллерийского орудия дальнего действия. В отличие от Барбикана, он очень
близко подошел к доказательству практического способа запуска кораблей в космос.
Убийство Джеральда Булла не было раскрыто и безотносительно его тайны производства
пушки для запуска кораблей в космос, по всей вероятности они умерли вместе с ним в
прихожей возле его квартиры.

[Землянин]

(это машинный перевод, поэтому в тексте есть ошибки и неточности)

Перечень упущений.

Когда я работал с кучей проектов на своем столе весной 1962 года, я обнаружил, что
документам из Розуэлла я посвящал больше времени, чем некоторым другим
разрабатываемым проектам. Для меня было очевидно, что обнаруженные в Розуэлле
сокровища начинали окупаться способами, о которых я даже не думал. Я сказал своему
боссу, что полным ходом шло большое количество армейских научно-исследовательских
работ, что мы могли сравнивать их между собой, какой окажется полезнее. Приборы ночного
видения, лазеры и волоконно-оптическая связь были очевидны, сказал я, но я был уверен, что
были и другие области, которые мы могли нащупать изучая проблемы, поставленные
открытием в Розуэлле, а не только изучая обломки крушения.
"Поконкретнее, Фил", - сказал генерал. "Что Вы имеете в виду?"
"Если Вы просто посмотрите на то, что мы не обнаружили на месте крушения", - сказал я.
"Это имеет большое значение для объяснения различий между нами и ними. Это также
показывает нам на то, что мы должны развивать, если мы собираемся готовиться к
длительным периодам нахождения в космосе".
"Вы можете подготовить для меня список?" - попросил генерал. "Есть много действующих
исследовательских контрактов, которые мы могли бы использовать для себя, если мы
собираемся планировать космические полеты в ближайшие пятьдесят лет".
Наша беседа уже заканчивалась и генерал Трюдо попросил меня подготовить не только
список того, что называлось розуэлльскими "упущениями", но и очень краткий доклад,
описывающий области, которые по моему мнению следовало развивать. Поэтому, я собрал
все документы и информацию из картотеки и начал искать, что было упущено из того, что
можно было ожидать на месте крушения космических путешественников.
Ни в одном из сообщений не было упоминаний о каком либо источнике пищи или
питательных веществ и никто не обнаружил способа приготовления пищи или хранения еды
на борту космического корабля, не было никаких холодильных установок для хранения
продуктов питания. На борту корабля не было воды, ни для питья, на для мытья, ни для
смывания отходов, и при этом на борту не было никаких отходов или мест накопления
мусора. В сообщениях из Розуэлла говорилось, что спасательная команда нашла нечто, что
они назвали бы аптечкой, потому что в ней находился материал, который любой доктор
назвал бы перевязочным, но там не было никаких медицинских препаратов или лекарств. И
наконец, армейская спасательная команда сказала, что на борту судна вообще не было
никаких средств для отдыха; ничего, что могло было назвать койкой или кроватью.
Исходя из полученных данных, армия предположила, что этот НЛО был разведывательным
кораблем и мог быстро вернуться на большой космический корабль или корабль-носитель, на
котором и были все отсутствующие пункты. Другим объяснением, которое придумал доктор
Герман Оберт, было перемещение корабля во времени для чего не требовалось перемещаться
на большие расстояние в космосе. Скорее все он "перескочил" из одного пространства-
времени в другое или из одного измерения в другое и сразу же вернулся к своей исходной
точке. Но это было просто предположением доктора Оберта и я принял как факт, что он в
этот момент будет игнорировать любые другие предположения.
Однако, я полагал, что EBE не требовалось еды или средств для удаления отходов, потому
что они были искусственными существами, такими же, как роботы или андроиды, созданные
специально для космических полетов и выполнения определенных задач на планетах,
которые они посещали. Таким образом, точно так же, как наш лунный ровер в 1970-х годах,
эти существа были запрограммированы на выполнение определенных задач. Возможно, их
программы могли обновляться или изменяться из удаленного источника, но это не были
формы жизни, которым требуется хлеб насущный. Они были превосходными существами для
длительных путешествий в космосе и посещения других планет. Люди, однако же, не роботы
и требуют хлеба насущного. Поэтому, если люди собирались путешествовать на большие
расстояния в космосе, для них было необходимо предусмотреть долгосрочное питание и
удаление отходов.
Другие ученые из нашего специального мозгового треста УИР предположили, что,
действительно, возможно это был разведывательный корабль, который либо попал под радар
из 509-го или из Аламогордо, либо был поражен молнией во время жестокого электрического
шторма той ночью. Они полагали, что судно приводилось в действие электромагнитным
двигателем. Другие ученые предположили, что даже прежде, чем мы сможем произвести
необходимую энергию для такого двигателя, мы должны были сначала разработать какой-
либо ионный двигатель. Что касается отсутствия еды, ученые предположили, что это
является главным недостатком долговременного пребывания человека в космоса. Таким
образом, в своем быстром и бурном предложении генералу Трюдо, я написал, что армия
должна была закончить развитие по крайней мере этих двух пунктов, которые, как я знал,
были в системе УИР в течение по крайней мере десяти лет: производство питания, которое
не портилось и не требовало охлаждения и атомного двигателя, из которого можно было бы
собрать в космосе силовую установку для межпланетного космического корабля.

[Землянин]

(это машинный перевод, поэтому в тексте есть ошибки и неточности)

Облученная еда.

Генерал прочитал мои заметки несколько дней спустя и похоже, это его впечатлило. Из того,
что я сказал накануне ночью он знал, что я буду готов говорить о своем списке упущений на
следующий день, но он ничего не сказал мне сразу. Вместо этого он поднял трубку, набрал
номер и сказал кому-то на другом конце провода, что он будет прямо сейчас, а затем
посмотрел на меня.
"Возьмите шляпу", - сказал он. "Встретимся на вертолетной площадке. Нас пригласили на
обед".
Десять минут спустя после того, как вертолет забрал меня и генерала, мы сделали круг над
Пентагоном и полетели к Центру Интенданта.
Офицер, который должен был оставаться анонимным, встретил нас на вертолетной
площадке. Он поприветствовал нас, когда мы вышли из вертолета. "Спасибо, что
присоединились к нам".
Он провел нас вниз на склад, где показал нам полки со всеми видами мяса, фруктов и
овощей. "Посмотрите на эту свинину", - сказал он. "Она лежит здесь без охлаждения в
течение многих месяцев и абсолютно не испортилось". Он взял несколько яиц и куриную
грудку. "Яйца и курятина не охлажденные. Абсолютно чистые, без бактерий сальмонеллы. И
то же самое с морепродуктами".
Он провел нас вдоль полок с едой и почти как торговец, рассказал о достоинствах каждого
продукта. Еда была в обертке из прозрачного целлофана, чтобы уберечь ее от пыли и грязи,
но не была запечатана в вакуум и сохранялась каким-то неизвестным мне способом.
"Без грибков или каких-либо спор", - рассказывал он об овощах. "На фруктах нет никакой
плесени или каких-либо насекомых-паразитов", - сказал он. "И молоко стоит здесь на полках
более двух лет и даже не скисло. Мы сделали большой шаг для хранения еды без
засаливания, копчения, охлаждения, заморозки или даже консервирования".
"Это отвечает на один из Ваших вопросов, Полковник?" - спросил генерал Трюдо, когда мы
глядели на запасы еды, которая казалась абсолютно стойкой к порче.
На складе к нам присоединился Командующий Центром Интенданта в звании генерала.
"Выбирайте себе обед, господа", - сказал он и взял толстый стейк. "Я возьму это и если Вы не
возражаете, то я возьму на себя смелость взять то же самое для Вас, генерал Трюдо, а также
для Вас, Полковник. Как насчет картофеля и земляники на десерт. Все свежее,
восхитительное и безопасное". Затем он сделал паузу. "И для уничтожения любых бактерий
или паразитов, полностью обработано тем, что некоторые люди назвали бы летальными
дозами радиации."
Мы прошли наверх в командирскую столовую, где к нам присоединилось множество других
офицеров, гражданских исследователей и экспертов по продовольственным технологиям,
которые придумали процесс ядерного облучения для уничтожения вредных бактерий,
который сохраняет еду без консервирования или копчения. Процесс облучения проводился
так, что если бы еда хранилась в антисептической или обеспыленной атмосфере, то не
подвергалась бы нападению паразитов и оставалась бы свежей. Однако, в связи с тем, что
атмосфера в здании была загрязнена, как любая другая атмосфера в любом другом здании,
еда была завернута в целлофан. Другие продукты были упакованы в прозрачную
пластиковую упаковку и демонстрировались всем, как на полках в супермаркете.
"Мы сначала хотели выяснить, была ли концепция облучения еды полностью безопасной", -
объяснил один из инженеров. "Поэтому, наши первые исследования проводились с едой,
которая была облучена и затем хранилась в замороженном виде. Мы накормили этими
продуктами крыс и не заметили неблагоприятного воздействия. Тогда мы сделали то же
самое и помимо этого, мы увеличили излучение до шести мегарад и затем заморозили еду. И
снова не было никаких неблагоприятных последствий".
Пока мы ели, его презентация продолжалась с демонстрацией диаграмм, которые
показывали, как увеличивался уровень стерилизации в попытках обнаружить какое-либо
неблагоприятное воздействие на крыс. Затем они проверили облученные и после этого,
замороженные продукты на людях добровольцах.
"Но подождите", - сказал я. "Я все еще не понимаю, зачем Вы облучали, а потом
замораживали еду".
Инженер ждал этот вопрос, потому что у него был уже готовый ответ. Он вел себя так, как
будто его прежде уже спрашивали об этом много раз. "Поскольку", - сказал он, "мы
проверяли только неблагоприятное воздействие радиации, а не возможность гниения,
изменения вкуса и даже не последствия от неблагоприятного воздействия самой еды, даже
при том, что мы знали, что она стерилизовалась и проверялась на абсолютное отсутствие
бактерий после разморозки. Испытания должны были доказать безопасность для людей и
животных самого процесса облучения".
Затем он описал испытания, проведенные для проверки, что облучение сохраняло еду при
комнатной температуре. "Мы выбрали сильно портящиеся продукты", - сказал он. "Такие, как
мясо, курицу и в особенности - морепродукты. Мы также сделали смешанные продукты,
например тушенку, которой мы кормили крыс и собак, со свежим мясом и затем со свежим
тунцом. Сначала мы облучили образец тремя мегарадами, а затем другой образец шестью
мегарадами и тестировали животных в течение шести месяцев, чтобы проверить,
сконцентрировалась ли радиация в каком-либо из их органов или кост". Он сделал
драматическую паузу перед тем, как продолжить, пока наши зубы погружались в облученные
продукты, которые стали результатом экспериментов в 1950-х годах. "Нет никаких
токсикологических эффектов вообще. И мы все тщательно проверили, прежде чем
протестировали эти продукты на добровольцах".
"И что дальше?" - спросил я.
"Мы провели серии испытаний на вкус самых главных продуктов в Форте Ли в Вирджинии,
чтобы увидеть, как на это прореагируют военные. Мы думаем, что к концу десятилетия у нас
будет большое количество Готовой к Употреблению Еды для войск, для которой не требуются
наличие средств для готовки или охлаждения".
Генерал Трюдо посмотрел на меня и я кивнул. Это была отличная еда, с отличными
вкусовыми показателями, которые только можно было измерить.
"Господа", - сказал генерал Трюдо, когда встал. Как Генерал-лейтенант США, в комнате он
был самым высокопоставленным офицером и когда он говорил, все молчали. "Мой
помощник полагает, что Ваша работа имеет предельно важное значение для армии США,
нашей страны и мира, и будет полезной для наших полетов в космос. У меня точно такое же
мнение. Мы под сильным впечатлением от результатов Вашей работы и хотим помочь Вам
расширить область работы и ускорить процесс тестирования. Армии нужно все то, чего Вы
добились. В ближайшие две недели представьте мне расчет дополнительного бюджета,
необходимого для расширения области исследований и я хочу включить его в бюджет
следующего года". Затем он повернулся ко мне, кивнул и мы поблагодарили командующего в
звании генерала за обед и пошли к вертолету генерала Трюдо.
"Фил, что вы скажете об этом?" - спросил он. "Я думаю, что мы можем вычеркнуть
некоторые пункты из Вашего списка".
Пилот помог генералу сесть на свое сиденье, а я сел с другой стороны.
"И что-же Вы об этом думаете?" - он снова спросил.
"Я думаю, если мы ускорим работы, то EBE будут прилетать к нам за облученной едой ", -
сказал я.
Генерал Трюдо смеялся, пока мы взлетали над вертолетной площадкой и возвращались в
Пентагон. "Теперь Вы должны начать работать над всем, что Вы сможете найти об атомном
двигателя. Если НАСА когда-нибудь сдвинется, чтобы построить космическую станцию, я
хотел бы, чтобы у военных был источник энергии, который сможет поддерживать нас там
некоторое время. Если нам надо будет вызвать сюда кого-нибудь, я хочу это сделать как
можно быстрее".
И прежде чем успела закончиться неделя, я был в форте Белвар в Вирджинии и снова
смотрел на разработки армии в области портативных ядерных реакторов.

[Землянин]

(это машинный перевод, поэтому в тексте есть ошибки и неточности)

Портативная атомная энергетика.

Проблема возникла непосредственно из собранных в Розуэлле обломков и нашего
последующего открытия того, что корабль приводился в движение не обычным двигателем -
реактивным или ракетным - который поставил нас перед критической необходимостью в
разработке подобного инопланетному двигателя для длительных полетов, чтобы вытеснить
инопланетян в космос. Но у нас не было такой системы. Самая близкая форма энергии,
которая у нас была и не требовала постоянной заправки топливом, была ядерной энергией в
которой проходила управляемая непрерывная реакция и даже это было далеко от разработки.
Однако к концу войны у армии было в руках ядерное оружие, потому что, при Генерале
Лесли Гровсе, директоре проекта "Манхэттен", армия организовала разработку и постройку
атомной бомбы.
Таким образом для армейских инженеров, пытавшихся изо всех сил узнать, как летал
космический корабль из Розуэлла, ядерная энергия была самой доступной формой
движителя, частично потому, что это было самым безотлагательным. Однако к 1947 году в
администрации Трумэна разгоралась борьба за бразды правления ядерной энергетикой,
между гражданской комиссией и вооруженными силами. Поскольку страна переходила от
военного положения к мирной жизни, дух генерала Гровса, тайно диктующий направления
использования ядерной энергетики, пугал советников Трумэна. В конце концов, президент
Трумэн принял решение передать контроль за национальной ядерной программой
гражданской комиссии. И к 1947 году, армия выходила из управления ядерной энергетикой,
но это не значило, что было остановлены исследования военного применения атомных
электростанций. Мы должны были разработать ядерные реакторы, не только для
производства ядерных двигателей для военных кораблей и для генерирующих
электростанций, но и проводить эксперименты со способами сделать портативной
космическую ядерную энергетику, чтобы собирать эти системы на орбите из составных
частей. Это позволило бы нам поддерживать долгосрочные базы в космосе и даже приводить
в действие межпланетные космические корабли, которые могли служить для защиты от
любых внеземных враждебных сил. Если это похоже на научную фантастику то, вспомните,
что это был 1947 год, страна только что закончила участие во Второй мировой войне и
холодная война еще не началась. Война, а не мир, была в головах офицеров, которые
отвечали за обломки из Розуэлла и их анализ.
В армии, как я узнал в сообщениях о форте Белвар в "Армейских Атомных Реакторах", не
только шла полным ходом программа с очень сложным портативным реактором, но и при
сотрудничестве с военно-воздушными силами уже в начале 1962 года был построен один
реактор для Радарной Станции Сандэнса в шести милях от Сандэнса в Вайоминге. Он был
очень сложной частью генерирующего агрегата и вырабатывал пар для радарной станции,
электроэнергию для базы и отдельное очень точное электропитание для тонко
откалиброванной радиолокационной установки. Но он не был первой портативной
электростанцией, хотя большинство людей так думало.
Первая портативная ядерная электростанция была на экспериментальной площадке в
Гренландии, под ледниковым покровом Арктики в девятистах милях от Северного полюса и
была разработана для проекта Инженерных войск "Ледяной червь".
Управляемый, якобы, армейским Полярным Научно-исследовательским Центром и
проводящий эксперименты в арктических условиях, Camp Century был также
наблюдательным пунктом в системе раннего оповещения, контролирующей любую
деятельность Советов на Северном полюсе и вблизи него, а также любую активность,
связанную с появлениями НЛО или их приземлениями.
В период, когда я работал в Белом доме, рабочая группа по НЛО постоянно подталкивала
президента Эйзенхауэра к организации ряда наблюдательных постов - электронных пикетов в
самых отдаленных частях планеты, скомплектованных из наблюдателей из армии и военно-
воздушных сил - для передачи информации относительно любой деятельности НЛО. Группа
генерала Твининга утверждала, что при наличии у EBE планов по установке полупостоянных
баз на Земле, они бы не делали это в населенных районах или областях, которые
контролируются нашими войсками. Они бы сделали это на полюсах планеты, они бы сделали
это на самых необитаемых территориях или даже на дне океана. Полярные шапки были
наиболее очевидным выбором, потому что в течение 1950-х годов у нас не было спутников
наблюдения, которые могли бы следить с орбиты за инопланетной деятельностью и при этом
мы на этих полюсах постоянно не присутствовали. Также считалось, что мы не сможем
переместить современные приборы на полюса, потому что они потребовали бы большего
количества энергии, чем мы могли обеспечить.
Однако армейская Программа Ядерной Энергетики, разработанная в 1950-х годах в форте
Белвар, дала нам возможность организовать базу на ядерной энергии, где угодно на планете.
В 1958 году начала работать электростанция в Camp Century, которую построили подо льдом
в Гренландии. Первоначально, как предполагалось, она была совершенно секретной, потому
что мы не хотели, чтобы Советы знали о нашей готовности. В конечном счете, однако,
высокая секретность оказалась слишком тяжким бременем для армии, потому что к работе
было привлечено слишком много внешних подрядчиков и логистиков, перевозка на Туле в
Гренландию, а затем установка на блоках под поверхностью льда были полным кошмаром.
Поэтому, Военная разведка решила полностью снять секретность и стала относиться ко
всему проекту, как к научной экспедиции по сбору информации с помощью полярной
исследовательской группы.
Точно так же, вся операция маскировки, защищавшая существование рабочей группы, Camp
Century обеспечивала прекрасное прикрытие для проверки процедуры строительства
готового, предварительно упакованного ядерного реактора в трудных условиях и полетом с
ним к месту окончательной сборки. Он также предоставил армии помощь в тестировании
работы реактора и обслуживании его в совершенно пустынном месте с самым резким
климатом на планете.
Станция была первой в своем роде. Она состояла полностью из модулей при которой были
отдельно упакованы компоненты для охладителей воздуха, теплообменников, механизма
переключения и турбинного генератора. У электростанции также был механизм, который
использовал отработанный пар для плавления поверхности ледника для обеспечения лагеря
водой. Все строительство уложилось в семьдесят семь дней и лагерь продолжал работать с
октября 1960 года до августа 1963 года, когда исследовательская миссия закончила свою
работу. Вся установка была успешно демонтирована и в 1964 году была помещена на
хранение, а место нахождения Camp Century полностью вернулось к своему естественному
состоянию.
Я получил отчеты о работе лагеря в последние месяцы 1962 года, после того, как генерал
Трюдо спросил меня о выполнимости программы военной портативной атомной энергетики,
как способа запустить исследование реализуемости программы атомной энергетики для
производства энергии на орбите. Я был настолько в восторге от успехов нашей портативной
атомной энергетики и способа, которым они подготовили исследовательскую платформу для
последующего развития мобильной атомной энергетики, что убедил генерала обеспечить
столько финансирования, сколько УИР мог, чтобы позволить построить и протестировать как
можно больше мобильных и портативных электростанций по программе Армейской Ядерной
Энергетики в форте Белвар. Каждая электростанция дала нам своего рода плацдарм в
отдаленных районах мира, где возможно могли присутствовать EBE, так как полагали, что
там их не обнаружат.
Это была своего рода платформа. Как только мы продемонстрировали способность защищать
удаленные районы Земли, мы сделали еще один шаг к постоянному присутствию в космосе.
Программа атомной энергетики, которая была частично прямым следствием проблемы,
поставленной нам результатом нашего анализа корабля из Розуэлла, в конечном счете
помогла нам разработать портативные атомные электростанции, которые теперь уже
привычны на искусственных спутниках и военных кораблях. Она показала нам, что мы могли
делать портативные атомные генераторы и дали армии возможность действовать на больших
дистанциях, чем кто-либо мог подумать. В конечном счете она позволила нам вести
наблюдение и держать штат на удаленных наблюдательных постах. Она также обеспечила
базис для исследования запуска в космос средств ядерной энергии, чтобы сделать их
электростанциями для межпланетных кораблей нового поколения. Программа портативной
атомной энергетики позволила нам проводить эксперименты со способами, которыми мы
разработаем атомные двигатели для наших исследовательских космических кораблей,
которые, как мы верили, позволят нам создать военные базы на Луне, а также на ближайших
к нам планетах Солнечной Системы.
И исходя из наших успехов с атомной энергетикой, мы обратили свое внимание на
разработку оружия, которое можно было установить на наблюдательных орбитальных
спутниках, оружия, разработанного нами непосредственно на основе того, что обнаружили в
летающей тарелке из Розуэлла.

[Землянин]

(это машинный перевод, поэтому в тексте есть ошибки и неточности)

ГЛАВА 16

"Смертельный луч Теслы" и пучковое оружие.

В в армейских отчетах и в анализе корабля из Розуэлла Материальной Командой Воздушных
Сил, было описание каким образом использовалась форма энергии, известная как
"направленная энергия", сильные лучи возбужденных электронов, которые можно было
точно направить на любую цель. У нас в 1947 году не было достаточных знаний о
направленной энергии или, если сказать точно, мы не знали сколько знали, потому что в
действительности мы знали много. Но информация, которая была легко доступна с 1930-х
годов, лежала в уединении на общественном складе, в Нижнем Ист-Сайде Манхэттена под
печатью федерального правительства и состояла из заметок таинственного изобретателя
Николы Теслы, эксперименты которого и известные открытия стали материалом для
причудливой, но захватывающей легенды.
Лазерный хирургический инструмент, найденный среди обломков крушения в Розуэлле, был
одной из разновидностей устройства с направленными энергетическим лучом, способность
которого стрелять быстро и точно показала, что потенциал вооружения инопланетян был
намного выше нашего. Однако, если корабль упал от удара молнии, одного из самых мощных
направленных энергетических лучей, то это демонстрировало их уязвимость перед
направленными электронами. Это стимулировало армейских ученых и исследователей в
проведении анализа потенциала оружия с направленным энергетическим лучом. Сегодня,
спустя пятьдесят лет после крушения космического корабля в Розуэлле, это оружие стало
намного больше чем устройство, которое император Мин нацеливал на Землю в сериалах про
Флэша Гордона; это действительность, которая начнется с управляемой ракеты, отделения от
ракеты-носителя, нацеливания внутренней компьютерной системой наведения на любое
замеченное устройство, ядерная ли это боеголовка или космический корабль, и закончится их
разрушением. Это оружие было настоящей историей успеха ВоенУИР.
"Возможные выгоды для вооруженных сил огромны", - писал я генералу Трюдо в своем
анализе 1962 года потенциала оружия с направленной энергией." Хотя, как мы видим, даже
самое элементарное из устройств с направленной энергией, микроволновая печь, более, чем
окупила первоначальные научные исследования через продажи потребительского товара,
именно вооруженные силы узнают о самых больших преимуществах направленной энергии и
уже сейчас они видят его потенциал, судя по описаниям проектов лазера, которому всего
только два года".
Концепция оружия с направленной энергией, безотносительно природы этого луча, для
военного сообщества была не абсолютно новым понятием, хотя место его нахождения было
полностью покрыто тайной. Первое испытание оружия с направленной энергией с
ускорителем пучка частиц под кодовым именем "Seesaw", луч которого должен был
нацеливаться на приближающиеся управляемые ракеты, первый раз проводилось в 1958 году,
за два года до успешной демонстрации лазера из Управления Перспективных Исследований.
Хотя на тестирование потребовался год, пока я находился в Красном Каньоне в Нью-
Мексико, я сначала узнал о проекте, когда я был Совете национальной безопасности в Белом
доме и потом после успешных экспериментов на искусственной цели.
В теории, работа пучкового оружия зависела от технического развития электрогенераторов,
накопителей электроэнергии и программного обеспечения для нацеливания и запуска
оружия. У нас уже была грубая природная модель пучкового оружия: разряд молнии, чистый,
интенсивный электронный луч, простреливающий между двумя противоположными
полюсами и разрушающий или выводящий из строя все, во что он попал, если только оно не
было заземлено.
Ученые, начиная с Бенджамина Франклина до Николы Тесла, пытались посадить силу
молнии на цепь, как источник энергии. И теперь Управление Перспективных Исследований
провело эксперименты с теорией по применению его к новому и смертельному оружию. Если
бы они могли, то построили бы такой прибор и написали бы программу, разработчики в
ARPA решили, что они могли создать интенсивный луч из электронов или нейтральных
атомов водорода, нацелить его на цель и стрелять импульсами пучков частиц, которые
пролетев на околосветовой скорости, возбудят атомы корпуса цели, пока они, в буквальном
смысле слова не взорвутся. Не зависимо от того, взорвется ли цель или нет, ее электроника
выйдет из строя и станет бесполезной.
Официально, проект оставался секретным до тех пор, пока не было получено
финансирование и технический прогресс в производстве компонентов шагнул достаточно
далеко вперед, чтобы позволить нам строить рабочие прототипы. Самое большое, чего
боялись разработчики в ARPA, это понимание Советов что мы пытались построить, ускорит
их усилия в постройке того же самого, прежде чем мы сделаем свое, таким образом мы
переделывали нашу недавно построенную МБР "Atlas", которая устарела еще до того, как
добралась до стартовой площадки.
Управление Перспективных Исследований было очень секретной сетью оборонных ученых,
членов промышленного сообщества оборонных подрядчиков УИР и университетских
исследователей, действующих или под схемой правительственных грантов или под
молчаливым признанием Министерства Обороны, что их исследование будет находиться под
государственным контролем в некоторых местах. Отчасти ARPA было основано 1958 году,
как я думаю, потому что до той поры ВоенУИР был не организован и мог едва управлять
основным исследованием, которое необходимо, чтобы сохранять наше технологическое
превосходство перед противником. Это создало пробел в исследовании, для ликвидации
которого было создано Управление Перспективных Исследований (ARPA). Работая на
ориентированное на оборону исследование, во много раз более далекое относительно любых
конкретных предложений о развитии системы вооружения или продукта, ARPA часто
выступало на передовую линию разработки вооружения или просто была базовой школой,
необходимой для более конкретных тем. Однако, так как у ARPA был свой отдельный план,
они слишком много раз конфликтовали с вооруженными силами, особенно после того, как
генерал Трюдо реорганизовал весь аппарат ВоенУИР и перенастроил его для работы, как
слаженный механизм.
В 1969 году, в эру больших компьютеров, в соответствии с контрактом по развитию
связывающих университеты, оборонных подрядчиков и вооруженные силы сетей, родился
ARPANET. И в 1970-х годах после смены названия Управления Перспективных
Исследований на Управление Перспективного Планирования Оборонных Научно-
Исследовательских Работ или Управление Перспективных Исследовательских Программ
(DARPA), оно утвердило проект создания "межсетевого взаимодействия" всех
существующих компьютеров в их системе, утвердив протоколы сетевого программного
обеспечения, которые объединят работающие на различных операционных системах сети. К
1974 году родился Протокол с контролем передачи/Протокол Интернет (TCP/IP) и ARPANET
стал Интернет. В конце 1980-х годов в европейской лаборатории Физики элементарных
частиц зародился гипертекстовый язык, первоначально задуманный Вэнневэром Бушем, как
механизм поиска в Интернет и к 1990 году объединился с графическом пользовательским
интерфейсом, объединив в себе гипертекст и графику. Родилась Всемирная Паутина (WWW).
В 1958 году, в то время, пока велась первая разработка концепции пучкового оружия, ARPA
исполнился только год. Она была сформирована когда я был в Белом доме, в 1957 году, в
ответ на успешный запуск Спутника в Советском Союзе, так как правительство поняло, что
Соединенным Штатам была нужна независимая исследовательская организация, чтобы
объединить ресурсы академических, научных и промышленных сообществ. ARPA было
сформировано, чтобы финансировать фундаментальное исследование и даже при том, что у
него поначалу не было ориентации на оборонку, оно быстро связалось с военными
проектами, так как правительство видело огромную потребность фундаментальных
исследований в научных и технических областях.
Была и другая причина формирования ARPA, которое по крайней мере теоретически имело
непосредственное отношение к стоящими перед Соединенными Штатами угрозам и
испытывало потребность в фундаментальном исследовании для ответа на них. Так как ARPA
было сетью в глубине правительства и в итоге, в Министерстве обороны, оно могло
участвовать в исследовании якобы вдалеке от неотложных потребностей военных служб, чьи
научно-исследовательские организации были частью структуры команды. ARPA таковым не
было. Хотя оно рапортовало в Министерство обороны и Белый дом на свой страх и риск, оно
не входило в структуру команды и не ограничивалось планами руководителей различных
специальных военных корпусов.
ARPA не появилось из ниоткуда. Ее породил сформированный при президенте Уилсоне
Национальный исследовательский совет, который был нужен для организации и управления
оборонными научными исследованиями и для конкуренции с Военно-морским
Консультационным Советом под руководством Томаса Эдисона, который вошел в историю,
когда сказал, что Военно-морской Консультационный Совет был не нужен стране вообще. Он
созвал ученых, которых называл кучкой "перфессеров" в свою лабораторию в Нью-Джерси,
чтобы погулять среди "мусора" и посмотреть, как создавались реальные изобретения.
Естественно, что исследователи из университетов и главы научно-исследовательских
корпораций, спонсировавших исследования для военных программ были потрясены мыслями
Эдисона о правительстве и сплотились вокруг NRC (Национальный исследовательский
совет). Если были правительственные гранты, которые предназначались для поддержки
основных оборонных исследований, то ученые, которые работали на нуждавшиеся в
фундаментальных исследованиях корпорации, независимо от их основных целей, стремились
бы связаться с этой новой организацией.
Исследователи из университетов утверждали в престижной Национальной академии наук,
что Национальный исследовательский совет должен быть "арсеналом науки", чтобы
защитить Соединенные Штаты привлекая свой большой мозговой трест к академии и к
промышленным подрядчикам для решения проблем национальной обороны с помощью
технологии.
Президент Уилсон согласился и появился NRC. Одной из первых задач, стоявших перед
Национальным исследовательским советом, было развитие подводной защиты. В начале
Первой мировой войны самолет пока еще не решал исход битвы, а немецкие подводные
лодки уничтожали Атлантический флот. Военно-морской флот отчаянно искал способ
обнаружения субмарин и хотя Никола Тесла представил свои планы относительно детектора
на основе энергетического луча, который посылал сквозь воду низкочастотные волны,
отражавшиеся от всех подводных объектов, Национальный исследовательский совет
посчитал эту идею слишком изотерической и искал более привычную технологию. Так или
иначе, низкочастотная энергетическая волна Теслы не работала достаточно хорошо в воде, но
несколько лет спустя описание Теслой своего изобретения стало базисом для одного из
самых важных устройств победы во Второй мировой войне - "радара".
Национальный исследовательский совет установил форму поддержки правительством
фундаментальных исследований, когда их можно было направить на развитие в военных
целях. Это был первый раз, когда частные исследователи, корпорации, академики, чиновники
и вооруженные силы примирились для решения взаимных проблем. Поэтому, Управление
перспективных исследований и Управление перспективного планирования оборонных
научно-исследовательских работ или DARPA, порожденное ARPA, были естественными
продуктами постоянных государственных взаимоотношений.
Проблема с ARPA была в том, что оно было политическим и имело свой собственный план.
Конфликты с Офисом Руководителя Научных исследований генерала Трюдо, который
действовал в пределах военной структуры команды и ARPA из-за денег и вопросов политики,
были им весьма свойственны. В ряде случаев, сотрудники из ARPA и Пентагона начинали
борьбу и несколько раз ARPA пыталось возложить ответственность за свои недостатки и
ошибки на вооруженные силы. Например, в течение первых лет войны во Вьетнаме, ARPA
пыталось обвинить генерала Трюдо в ошибках в применении Agent Orange. Но генерал
Трюдо и УИР вообще не отвечали за Agent Orange. Это с самого начало было творением
ARPA. Но когда стали приходить отчеты о жертвах Agent Orange в наших войсках, и ARPA
сказало, что будет свидетельствовать перед Конгрессом об ответственности генерала Трюдо,
я пришел в ярость. Я дал знать людям из ARPA, что несмотря на чертов протокол, я бы взял
штурмом в Конгрессе комитеты по вооруженным силам и делам ветеранов, снес бы
Капитолию крышу, пока все не узнали бы, что ARPA пыталось навязать ответственность за
небрежность в применении плохого химиката. ARPA отступило, но враждебность между
нами осталась.
Когда концепция ARPA поначалу обсуждалась в Белом доме, я видел его потенциал, а также
проблему, но я также знал, что политикой рабочей группы по НЛО управляли секретные
планы. ARPA был их активом, потому что они могли общаться с университетским
сообществом через Интернет и узнавать любую скрываемую от вооруженных сил
информацию об НЛО, о разрабатываемых технологиях, которые как-либо относились к
проблеме НЛО или EBE, и кто в академических или научных кругах придумывал теории о
существовании или намерениях EBE. Другими словами, в дополнение к тому, чтобы быть
источником исследований и грантов на проведение исследований, которые соответствуют
определенным форматам правительства/вооруженных сил, ARPA было еще одним агентством
по сбору информации, но посвященным в академические и научные сообщества. Если
информация там появлялась, то ARPA находило ее и платило за ее развитие.
Поэтому, когда в 1957 году возникла необходимость бросить технологический вызов
советской космонавтике, никто из понимающих требования к космической обороне не
удивлялся, что это будет такая организация как ARPA, которой дадут полномочия на развитие
такого военного ответа. И учитывая проблему, поставленную советской программой по
запуску спутников, пучковое оружие было логическим направлением, которым будет дан
такой ответ.
Соединенные Штаты должны были разработать оружие, которое в теории могло сбивать
советские спутники или ослеплять их, чтобы они не могли ничего сфотографировать. Они
должны были собрать ресурсы в научно исследовательском сообществе, чтобы посмотреть,
существует ли кадровый потенциал для разработки такого оружия. В то же время, пока
вооруженные силы пытались отправить свои спутники на орбиту, они не хотели уходить от
военных исследований экзотического оружия. Но еще скорее, чем передавать планы прямо в
руки ВоенУИР, они вероятно, следовали курсом, первоначально изложенным для них в
протоколах рабочей группы по НЛО и вышли за пределы структуры официальных
вооруженных сил до специальной исследовательской организации не вовлеченной в прямые
военные исследования. Когда я был в Белом доме, я видел за всем этим руку ЦРУ, которое
немедленно зажгло передо мной красный сигнал, так как я знал, что правительство создавало
только еще создало бюджет и систему управления исследовательскими грантами, которой
будет в конечном счете будет управлять ЦРУ.
Не вызвало также удивления то, что первое оружие, целью которого была борьба с
космическими кораблями и кораблями, которые возвращаются в атмосферу Земли из
космоса, было пучком ускоренных частиц, потому что даже при том, что оно могло походить
на нечто из научно-фантастического фильма, у него была история, которая полностью
открылась в начале двадцатого века. Его создателем был Никола Тесла, чьи бумаги также
были среди моих документов, когда я поступил в отдел Иностранных Технологий в 1961
году.
Тесла теоретизировал о направленных энергетических лучах, включая пучковое оружие,
даже до начала двадцатого века. Его на сегодняшний день известный "луч смерти", был по
сути вариантом пучкового оружия, который, как он верил, установит мир во всем мире,
потому что он мог немедленно разрушить все города, где угодно во всем мире и сделать
абсолютно бесполезными эскадрильи самолетов, военно-морской флот и даже все армии.
Но даже перед его объявлением о луче смерти, Тесла делал новости и состояние посредством
своих экспериментов с беспроводной передачей электричества и направленным лучом
электронов, которые выбивали электроны из образцового материала внутри колбы. В 1890-х
годах Тесла экспериментировал с устройством, которое в двадцатом веке станет циклотроном
и другим устройством, для которого он сформулировал идеи того, что сегодня является
международным телевидением и радиосетями. Тесла, его образование и его история, важен
для всей истории науки и вооружения двадцатого века, так как его взгляды были хорошо
развиты в отличие от любого его современника, включая Томаса Эдисона и в отличие от
политических последствий того, что обнаружил Тесла, смешанных с разъяренными
попытками правительства справиться с прикрытием НЛО и их технологического потенциала
спустя дни и месяцы после катастрофы в Розуэлле.
Никола Тесла, сын сербского православного священника, приехал в Соединенные Штаты из
Парижа в 1884 году, чтобы встретиться и работать на признанного гения того времени -
Томаса Эдисона. Хотя эти два человека в конечном счете столкнулись как титаны в споре о
преимуществе переменного тока перед постоянным током, Тесле удалось получить работу в
офисе и лаборатории Эдисона там, где сейчас находится Западный Бродвей, на юг от Вест
Хьюстон-Стрит в Нью-Йорке.
Двое этих людей очень отличались в способах, которыми они пришли к своим изобретениям.
Эдисон был ремесленником, который думает над идей, экспериментирует, строит и
перестраивает, а потом снова экспериментирует, пока не заработает. Часто, как и в случае его
лампы накаливания, он провел тысячи экспериментов, отбросив каждый после того, как он
не удался, пока наконец не получилось. Это пример Эдисоновского первоначального
вдохновения, затем большого количества пота, пока не заработает и пока он не убедится, что
разобрался в этом.
Тесла же, с другой стороны, излагал весь проект в своей голове, полностью его
визуализировал, а затем делал его таким, каким видел в голове. Это нервировало Эдисона,
который часто высказывался своему бывшему помощнику Чарльзу Батчелору, что
способность Теслы делать что-то из того, что он собирал в своем сознании, была
неестественной. Тесла был также скрупулезным, официально академически образован, и
любил обсуждать теорию, в то время как Эдисон был главным образом рабочим
изобретателем, который часто и работал и спал в одной и той же одежде в течение многих
дней.
Иронично, что в результате конкуренции между этими двумя людьми, к тому времени, когда
каждый из них умер, они запатентовали изобретения, на которых построена большая часть
современной промышленной технологии, а также родились две огромные конкурирующие
компании - General Electric и Westinghouse - чья конкуренция идет и в настоящее время.
Конкуренция между Эдисоном и Теслой помогла определить направление развития
промышленной энергетической индустрии в Соединенных Штатах, электрических приборов,
индустрии развлечений и устойчиво развивается начиная с 1890-х годов и 1930-х годов, когда
умер Эдисон. Сам Тесла умер в Нью-Йорке в 1943 году.
Тесла был признанным гением, чудеса предсказаний которого и патенты, отметили его,
чтобы его можно было назвать человеком, опередившем свое время. Даже, прежде чем
чешский драматург Карел Чапек придумал слово "робот" в своей пьесе "R.U.R." и
американский писатель-фантаст Айзек Азимов изобрел термин "робототехника" в своей
книге рассказов "Я, Робот", Никола Тесла на рубеже веков создал первый "автомат" или
механического солдата, а также автоматически управляемую модель лодки. Все же Тесла,
высокий, темноволосый, погруженный в размышления, но образованный и культурный Серб,
часто временами, как оказывалось, был своим самым вредным врагом. Он стал миллионером,
когда ему было только тридцать два года, но потратил огромные суммы, которые получил от
некоторых величайших промышленников и финансистов тех лет, включая Джорджа
Вестингауза, Дж. Пирпонта Моргана, А. Стэнфорда Уайта и Джона Джейкоба Астора, ради
того, чтобы умереть в лишениях и бедноте в своей комнате в отеле "Нью-Йоркер". Тем не
менее, он был человеком, чьи идеи были воплощены учеными из ARPA, когда они встали
перед угрозой первого советского Спутника на орбите вокруг Земли, но и еще худшей
угрозой того, что EBE, если бы их целью была колонизация Земли, увидев и услышав о
российском спутнике, убедились бы, что русские помогли бы им этого добиться. Каковой же
была идея Теслы?
В течение 1890-х годов, Тесла последовательно написал и прочитал лекции о своей теории
беспроводной передачи электрического тока. Как и беспроводное радио Маркони, которое
коренным образом изменило способы коммуникации, беспроводная передача электроэнергии
Тесла могла коренным образом изменить рост и развитие всех городов. Не только в виде
экстраполяция беспроводной энергии, но и в виде отдельной теории, Тесла сообщил, что
экспериментировал с передаваемым без проводов лучом электроэнергии, который мог
возбуждать атомы вещества до такой степени, что оно разрушалось, даже если обладало
стойкостью к высокой температуре. Тесла сказал, что такое лучевое оружие коренным
образом изменит способы ведения войны. По крайней мере, в теории это было устройством,
очень похожим на лазерный режущий инструмент, который армейская поисковая команда
нашла в кустах на месте крушения в Розуэлле.
Один из поразительных аспектов жизни и карьеры Николы Теслы состоит в том, что он не
просто теоретизировал об этих проектах, он проводил с ними эксперименты, добиваясь
успеха во многих случаях очень интригующими путями, а затем патентовал важные
изобретения, которые были результатом его экспериментов. Но его идеи были настолько
радикальными для того времени, настолько далекими от того, о чем думали его
современники, что их отклоняли или как безудержный бред сумасшедшего ученого, или как
дико непрактичные, сводящие все плюсы на нет. И все же, когда Вы увидите его патенты,
описания спроектированных им систем и фактические результаты публично проведенных
экспериментов или демонстраций, Вы обнаружите, что большинство таких, озвученных им
на рубеже веков сумасшедших идей, как бомбардировщик с вертикальным взлетом и
посадкой, выглядят работоспособными. В некоторых случаях, таких как его ускоритель
ядерных частиц, они работали лучше и более эффективно, чем первые появившиеся
современные аналоги таких машин. Когда я увидел, что в конце века Тесла
продемонстрировал модель управляемой по радио лодки, с помощью которой можно было на
удаленном расстоянии выпустить торпеды прямо в сердце вражеского флота, я был поражен
тем, что военно-морской флот не вцепился в эту идею до начала Первой мировой войны и
еще более поразился, когда мы не заказали разработку у Теслы во время Второй мировой
войны, когда мы знали, что немцы с этим уже экспериментировали. Однако, сегодня мы
тратим сотни миллионов долларов, чтобы разработать управляемое на расстоянии средство
передвижения, похожее по концепции на то, что Тесла спроектировал за меньшие в тысячу
раз средства почти сто лет назад.

[Землянин]

(это машинный перевод, поэтому в тексте есть ошибки и неточности)

И в 1915 году Тесла написал в Военный департамент США, что в дополнение к его
управляемой на расстоянии лодке, они должны срочно рассмотреть его управляемые на
расстоянии "воздушные машины без поверхностей для создания подъемной силы [крыльев]) и людьми, особенно в строении мозга, который у EBE больше, но нисколько не,
элеронов, пропеллеров и других обязательных атрибутов, способные перемещаться на
огромных скоростях и очень вероятно, что они станут сильным аргументом в пользу мира в
ближайшем будущем. Такой машиной, поднимаемой и толкаемой полностью реактивной
тягой [ракетные двигатели]) и людьми, особенно в строении мозга, который у EBE больше, но нисколько не, можно управлять или механически или с помощью
беспроводной энергии [на радиоуправлении]) и людьми, особенно в строении мозга, который у EBE больше, но нисколько не".
Тесла описал управляемую на расстоянии ракету, гораздо более продвинутую, чем немецкая
"Фау-2", и которая была предшественником сегодняшних современных МБР, информация о
наведении на цель которым могла передаваться уже после взлета. Тесла на полвека раньше
описал тактическое оружие, управляемую на расстоянии противотанковую ракету, которая
разрушила бронетанковые подразделения Саддама в Персидском заливе.
В течение 1890-х годов, эксперименты Тесла с генерацией и направлением пучка частиц шли
полным ходом, когда его пригласили построить экспериментальную станцию, которая
доказала бы, что он мог передавать электроэнергию, используя атмосферу земли в качестве
среды вместо тяжелого кабеля. Если энергия могла так направляться, то покровители Теслы,
среди которых были промышленник Джордж Вестингауз и финансист Дж. П.Моргэн,
согласились бы, что это коренным образом изменит развивающуюся энергетическую
промышленность и сделает того, кто будет управлять источником этой энергии богатейшим
человеком. Тесла полагал, что он мог управлять этой энергией и взяв с собой приблизительно
60 000$ у своих покровителей, поехал в Колорадо-Спрингс, который неслучайно стал местом
расположения Североамериканского Командования ПВО Военно-воздушных сил (NORAD) и
Космической Команды Армии Соединенных Штатов, чтобы построить и
продемонстрировать свою станцию для передачи энергии.
Тесла описал свои эксперименты в статье, которую он написал для тридцатого ежегодного
выпуска журнала "Электрический Мир и Инженер" в 1904 году. Он сказал, что "Открылась
возможность не только посылать телеграфные сообщения на любое расстояние без проводов,
как я это уже давно представлял, но и донести до любой точки земного шара тонкие
модуляции человеческого голоса и, более того, передавать энергию в неограниченных
количествах на любое земное расстояние и почти без потерь." В видении Тесла
электрические станции передачи окружили бы планету, накапливая и передавая энергию от
станции к станции, чтобы обеспечить электроэнергией всю планету без применение
наземных или подземных линий электропередач, силовых кабелей и проводов. Он также
видел, что сеть ретрансляционных станций могла бы принимать и пересылать экстренные
сообщения по всему миру сразу на все портативные приемники - "дешевое и простое
устройство, которое можно было бы носить в кармане" и которое может записывать
отправляемые ему специальные сообщения. Тесла описал современный микроволновый
мобильный телефон и систему удаленного пейджинга. Он также сказал, что с помощью
ретрансляционных станций как эта, "вся Земля превратится в своего рода огромный мозг,
поддающийся управлению в каждой из своих частей", другими словами - Интернет. В
течение своей жизни Тесла действительно создал историю, показав, что энергию можно
передавать без проводов с помощью луча.
В 1899 году, по слухам было известно, что Тесла экспериментировал с "лучом смерти" в
Колорадо-Спрингс. Но Тесла никогда в этом не признавался и фактически ничего не говорил
о своих экспериментах с лучами, даже когда английский, немецкий, русский и американские
ученые в 1920-х годах обратились с просьбами патентов на изобретения. Тем не менее, в
1930-х годах, Тесла написал в своей монографии, что сделал новое открытие, которое
упразднит войну, так как каждая страна будет обладать такой же силой для уничтожения
оружия врага, как и другая.
Это потребовало бы генерации мощной энергии, но оно смогло бы остановить все армии и их
машины более чем за двести миль во все стороны. "Это", писал он, "воздвигнет стену из
энергии, которое станет непреодолимым препятствием для любой эффективной агрессии".
Но он сказал также, как и ученые, работающие над этим уже с 1970-х годов, что это не "луч
смерти", лучи имеют тенденцию распространяться на расстоянии, но им необходимо
поддерживать фокус. Скорее всего он сказал, "Мои приборы по проецированию частиц,
которые могут быть, как относительно большими, так и микроскопически малыми, позволят
нам передавать на небольшие площади на большие расстояния в триллионы раз больше
энергии, чем это могут сделать любые типы лучей. Многие тысячи лошадиных сил, могут
таким образом без сопротивления передаваться в потоке толщиной с волос."
Хотя Тесла продолжал описывать, как этот луч усовершенствует телевизионную передачу и
проецирование изображений, он в действительности описывал оружие с направленным
пучком частиц, которое люди из ARPA пытались разработать изо всех сил, спустя более чем
двадцать пять лет после того, как Тесла сначала написал об этом и спустя одиннадцать лет
после того, как среди обломков космического корабля в Розуэлле были обнаружены
обугленные фрагменты прибора с направленной энергией, а также лазерного инструмента,
которые были описаны инженерами из Воздушной Команде Материальной части и были
спрятаны в течение многих лет в моей картотеке. Мы все еще пытались сделать работающий
луч, когда я был в Пентагоне в 1962 году и только в администрации Рейгана разработали
рабочую модель, как часть программы Стратегической Оборонной Инициативы.
Но для Теслы, его мир в 1930-х годах стремился к войне. В записке к Дж. П. Моргану со
своим представлением кошмара Х. Г. Уэллса о разрушения цивилизованного мира с
помощью воздушной бомбардировки, Тесла сказал, что его пучковое оружие могло сбить
самолеты в воздухе и тем самым защитить города. Он сделал предложения русским, чтобы
разработать такое оружие, потому что Сталин опасался вторжения из Японии. Он также
написал британскому премьер-министру о способности его луча защитить Лондон от
нападений немцев. Но никто не задумался о практическом применении его лучевого оружия,
даже Westinghouse Company, если бы профинансировала его патенты, вероятно смогла бы с
помощью Теслы разработать оружие перед началом Второй мировой войны.
Случилось так, луч смерти Теслы, пучок ускоренных частиц, в котором субатомные частицы
возбуждались энергетическим полем и направлялись в цель на скоростях, близких к скорости
света, не был разработан до конца его жизни. Однако простой намек, что теории Теслы,
возможно, нашли свой путь к немцам или русским так затронул федеральное правительство
и особенно ФБР, что когда в январе 1943 года Тесла умер, ФБР немедленно захватило все его
бумаги, чертежи, письма и проекты, и передало их в Офис Иностранной Собственности, где
они были официально опечатаны до передачи югославскому послу, который был
представителем состояния Тесла. Они оставались на хранении в Манхэттене до начала 1950-
х годов, когда вернулись в Югославию. И все же, даже после их возвращения, югославское
правительство считало, что ФБР достало некоторые бумаги Тесла, когда они были на
хранении и сняло их на микропленку, Эдгар Гувер отрицал это, но в отделе Иностранных
Технологий ВоенУИР были фотостатические копии фотографий бумаг Теслы, когда я
получил их в 1961 году. Как они их получили?
Собственность Теслы была официально изъята американским правительством спустя два дня
после его смерти. Даже при том, что ФБР знало о том, что Тесла публично озвучил об
усовершенствовании своего луча смерти - независимой проверки этого не было —
правительство не предприняло никаких шагов, чтобы воспрепятствовать тому, чтобы он
передал свои планы касающиеся луча смерти иностранным державам. Однако, вице-
президент Генри Уоллес, сказал ФБР, что у правительства был критический интерес к любым
бумагам Теслы и приказал ФБР изымать их всеми доступными способами.
Вот почему ФБР направило людей из Управления Иностранным Имуществом, для того,
чтобы они зашли в гостиничный номер Теслы 9 января 1943 года и забрали бумаги. Другие
бумаги Теслы, которые хранились на складе, также были ими изъяты.
За следующие несколько недель января 1943 года, после нервозных дипломатических
отношений между югославским посольством и офисом Дж. Эдгара Гувера, ФБР перевело все
вопросы в Управление Иностранным Имуществом, которое также желало выйти из ситуации
с дипломатическим перетягиванием каната между Белградом и Государственным
Департаментом. УИИ, все еще выполняя инструкции вице-президента о том, что бумаги,
которые могли оказаться в помощь врагу, не должны были покидать страну, связался с
руководителем того, что в будущем станет УИР, Комитетом по исследованию Национальной
обороны Управления Научных исследований, доктора Джона Трампа. Доктор Трамп
исследовал бумаги и решил, что большая часть из них была полезной, но он решил сделать
фотокопии некоторых бумаг, которые Тесла написал в годы перед своей смертью. Трамп
также написал заключение на те бумаги, в которых содержалась недатированная монография
Николы Тесла озаглавленная, как "Новое искусство проектирования сконцентрированной
недисперсионной энергии через естественные условия", это описание Теслой того, как он
сможет производить и наводить на цель луч из высокоэнергетических электронов. Хотя
бумага и была отклонена Трампом, как неосуществимая, тем не менее, в ней были описаны
последние взгляды Теслы на энергетическое оружие, на ускоритель пучка частиц.
После фотографирования в УИИ и заключения на бумаги Теслы, вся его собственность
осталась на хранении, пока в 1950-х годах ее не передали в Белград. Вопрос должен был на
этом закрыться. Однако в 1945 году, сразу после окончании войны, Воздушная техническая
служба из Райт Филд у Дейтона в Огайо, искала копии бумаг Тесла из Управления
Иностранным Имуществом в Вашингтоне и направляла военного курьера, чтобы получить и
отвезти их в Райт Филд. Хотя между УИИ и Воздушной технической службой в следующие
два года велась переписка относительно места нахождения бумаг, по крайней мере один из
офицеров генерала Натана Твининга в Воздушной Команде Материальной части в ноябре
1947 года связался с Управлением Иностранного Имущества, чтобы сообщить о том, что
ВКМЧ в Райт Филд владел бумагами Теслы и продержит их у себя по крайней мере до конца
января 1948 года. После этого, бумаги, включая личную монографию Теслы о его оружии из
пучка ускоренных частиц, как казалось, полностью исчезли - пока не появились в моих
документах в ВоенУИР в 1961 году. Но это была лишь одна из копий.
По крайней мере еще одна копия монографии Теслы осталась у рабочей группы под
руководством генерала Твининга и в течение следующих десяти лет проложила себе путь в
Управление перспективных исследований в Вашингтоне. Она всплыла, когда рабочая группа
поняла, что после запуска Спутника, у Соединенных Штатов не осталось абсолютно никакой
защиты от войны в космосе, ни от русских, ни от EBE. Однако, у нас была одна жизненно
важная подсказка об одном единственном возможном процессе, который мог вмешаться в
работу электромагнитного двигателя, который, как мы подозревали, использовали
инопланетяне: энергия частиц направленного луча, могла разрушить образованное вокруг
космического корабля магнитное поле и проникнуть через антигравитационное поле.
И нам даже не потребовалось бы облучать космический корабль микроволнами, чтобы
возбудить молекулы композиционного материала.
Поскольку оружие, вместе с пучком ускоренных частиц передавало сильный
электромагнитный пульс, воздействие этого ЭМ импульса было таким же, какое ЭМ
импульсы оказывают на любое электрооборудование и разрушало антигравитационное поле,
нарушая целостность электромагнитной волны космического корабля. Таким образом, не
взрывая космический корабль, пучок частиц мог вынудить его упасть, нарушив его
способность противостоять силе притяжения. В роли более обычного оружия для борьбы с
вторгающимися боеголовками или вражескими спутниками, помимо разрушения любой
электроники внутри с помощью своего электромагнитного импульса, пучок частиц
возбуждает атомы цели, вынуждает их рассеиваться и цель взрывается. Таким образом у
пучка частиц есть двойная разрушительная способность.
Тесла понял, что пучковое оружие было подобно вспышке молнии с почти такой же
разрушительной силой, но более управляемая. Удар молнии - огромный электронный луч.
Ученые теоретизировали, что можно достигнуть такой же разрушительной силы с помощью
луча протонов. Тем не менее другие ученые утверждали, что раз электроны несут
отрицательный заряд, а протоны положительный заряд, то они уязвимы для отклонения
магнитным полем Земли, потому что луч будет или притянут к противоположному полюсу,
либо тем же самым полюсом будет отражен. Кроме того, луч подобных частиц будет
содержать естественную дисперсионную силу, потому что одноименные заряды
отталкиваются друг от друга. Однако, атомы водорода электрически нейтральны и могут
образовать вполне работоспособный луч для разработки любого вида оружия, чтобы его
можно было применять за пределами атмосферы земли, потому что нейтральные лучи можно
отправлять на очень большое расстояние.
Кроме того, нейтральный луч не требует внешней энергии для управления дисперсией, так
как в нейтральном луче частицы не заряжены и не отталкиваются друг от друга.
Исследования и эксперименты с прототипами пучкового оружия, проводимые после 1980
года, определили два основных типа вооружения: для использования исключительно в
космосе или экзоатмосферное оружие и для разворачивания на Земле против входящих
ракетных боеголовок. Это называется эндоатмосферным оружием. У каждого из них есть
различные особенности, чтобы их можно было разделять, но общие черты пучкового оружия
характерны для обоих типов. К примеру, когда я начал работу по развитию фундаментальных
исследований пучкового оружия, наши ученые мне сказали, что у этого вооружения должно
быть шесть основных особенностей, которые позволяют ему уничтожать цель.
Во-первых, луч должен обладать высокой скоростью — приблизительно равной скорости
света - и цели не смогут от него уклониться. Даже НЛО летают на скорости, меньшей, чем
скорость света, поэтому при преследовании, пучок частиц всегда победит. В то же время, чем
быстрее распространяется луч, тем меньший взрыв потребуется для разрушения цели.
Во-вторых, для поражения цели, луч должен быть наведен на нее достаточно долго. Мы
предположили, что если бы мы сбили им вражескую боеголовку, то сильный луч почти
немедленно бы уничтожил ее способность взрываться и разрушил бы ее в течение
нескольких секунд. В космосе, где расстояния больше, луч должен был бы держаться на цели
в течение более длительного отрезка времени, но это также, нарушит распространение волны
космического корабля за очень короткий интервал времени. Даже если это бы не уничтожило
космический корабль, то конечно же сделало его неспособным к выполнению какого-либо
наступления.
В-третьих, для достижения какого-либо эффекта, необходимо мгновенно нацеливать луч,
особенно если он направлен на ведение борьбы с боеголовками, выпускаемых с
многоцелевых кораблей такого же типа, как у русских и у нас. Если нельзя сбить корабль,
доставляющий и нацеливающий отдельные боеголовки, пока он сам находится на орбите,
необходимо научиться очень быстро нацеливать луч на каждую боеголовку по очереди после
того, как они разделились на орбите и начали снижаться каждая по своей отдельной
траектории. Таким образом всего в течение нескольких секунд необходимо целиться и
стрелять, целиться и стрелять, целиться и убедиться, что каждая цель разрушилась.
Например, один единственный взрыв в пятьдесят килотонн в Нью-Йорке, парализовал бы
всю американскую финансовую индустрию и немедленно изменил бы жизнь, насколько нам
известно, на значительный период времени. Многоцелевой корабль, запустивший с орбиты
четыре боеголовки по 60 килотонн каждая по отдельным траекториям на Бостон, Нью-Йорк,
Вашингтон и Майами, нанес бы вред Соединенным Штатам на следующие пять - семь лет. И
это мог бы даже не русский корабль; он мог легко прилететь из Китая, Северной Кореи или
даже из какой-либо фанатично настроенной ближневосточной террористической страной,
такой, как Ливия с большим количеством нефтяных денег. Пучковое оружие, которое могло
быстро нацеливаться и стрелять, чтобы уничтожить все четыре боеголовки или сразу или
после вхождения в атмосферу, эффективно защитит Соединенные Штаты и удержит любую
страну или террористическую группу.
В-четвертых, для нанесения реального вреда механизму боеголовки, луч должен проникать
сквозь покрытие цели. Поэтому, как только луч попадает на внешнюю оболочку цели,
возбуждение молекул цели должно производиться не только на покрытии или оболочке, но и
глубоко в электронике корабля.
Поэтому, даже если она не взорвется, она может или разлететься на части или просто
отключиться и упасть на землю как кусок железа.
В-пятых, пучок частиц также должен уничтожать с помощью электромагнитного импульса,
который выведет из строя электронику цели, либо разрушением ее системы управления, либо
нарушением программы ее взрыва, превращая ее в металлолом. Используемый в качестве
космического оружия электромагнитный импульс будет оказывать на вражеские спутники
подобный эффект, уничтожая их управляющие программы, выводя из строя их компьютерное
управление и программу ориентирования, полностью ослепляя их. Для вражеских
космических кораблей импульс был бы чисто оружием защиты, которое вынудило бы
нападающий корабль уйти, потому что его устройство генерации волны вышло бы из строя.
И шестое, пучок частиц, в отличие от лазера, может работать в любую погоду и в любых
атмосферных условиях.
Лазеры отражаются от облаков и тумана, а также теряют теряют мощность в плохую погоду.
Пучки частиц проходят всегда и могут работать во всех условиях.
Поскольку ученые в 1950-х годах уже оценили работу, какую им придется проделать, чтобы
сделать рабочий прототип, они поняли свою потребность в производстве огромного
количества электроэнергии для ускорения необходимых для луча частиц и потребность в
некоторой форме обозначения цели, не только для захвата и нацеливания оружия, но
повторного нацеливания, в случае, если первый выстрел не попадет в цель. После того, как я
ушел из Пентагона, работа велась над лежащей в основе этого типа оружия теорией и было
очень мало сделано для организации дорогостоящих вспомогательных технологий, таких как
атомные ускорители частиц, компьютеры наведения, высокоэнергетические лазеры и способа
сделать все это портативным.
Однако, на сегодняшний день, маломощные версии этого оружия с направленной энергией,
частично правнуки луча Тесла и частично потомки аппарата с направленной энергией из
корабля в Розуэлле, находятся в свободном обороте в качестве прибора для патрулирования
дорог и выявления быстро передвигающихся автомобилей, как способ борьбы с
нарушениями скоростного режима. Полицейский находясь в своем автомобиле, наводит
направленный пучок частиц на автомобиль нарушителя и включает его. Электромагнитный
импульс от потока электронов нарушает работу системы зажигания двигателя и лишенный
электрической энергии для зажигания смеси в цилиндрах автомобиль скатывается к обочине.
Больше никаких полуночных новостей о догонялках на дорогах, а только более эффективный
и безопасный способ поймать скрывающихся в своем автомобиле нарушителей.
Первоначально, это устройство было разработано вооруженными силами и затем продолжало
усовершенствоваться в Армейской Космической Команде, так как они занимались
установкой энергетического луча на корабли для разрушения вражеских спутников,
нарушающих законы совместного существования. Но его корни тянутся к видению Николы
Теслы и к тому, что как считали ученые, было частями технологии направленной энергии,
которую мы выловили в разбитом космическом корабле в Розуэлле, отчеты о которой были
доставлены из хранилища в мой кабинет в Пентагоне в 1961 году.
Мне всегда казалось ироничным слияние истории работы и открытий Николы Теслы и
развитой инопланетянами технологии, благодаря нашей работе с обломками корабля из
Розуэлла. Тесла экспериментировал с беспроводной передачей энергии, а инопланетяне, как
казалось, использовали беспроводную передачу энергии для навигации и защиты корабля.
Тесла описывал в теории искажение или управление гравитационным полем посредством
распространения электромагнитных волн, а инопланетяне, казалось, использовали точно
такую-же такую технологию для двигателя корабля. А описания Теслы теории луча смерти,
который по его утверждению был усовершенствован, стали основой для оборонного
вооружения, которое мы развернули, чтобы противостоять враждебному вторжению
инопланетян в наше воздушное пространство. То, что угрожало нам в Розуэлле и то, что мы в
итоге узнали из записок Теслы, слилось в одну научную теорию, которая в конечном счете
стала основой Стратегической Оборонной Инициативы, противоракеты и вооружения
космических кораблей.
Пока ученые, начиная с 1950-х годов и до 1970-х годов спорили о стоимости такого оружия и
дестабилизирует ли противоракета стабильность взаимного ядерного сдерживания, другие,
кто понимал реальность угрозы из космоса, утверждали, что помимо Советского Союза были
и другие враги, которые когда-нибудь получат технологию изготовления и запуска ядерных
ракет на территорию Соединенных Штатов. Никто не посмел бы сказать, что мы должны
были защищаться от летающих тарелок. Фактически, только на выборах Рональда Рейгана в
1980 году, пучковое оружие получило еще один толчок в жизнь, как часть жарко
обсуждаемой, но в конечном счете успешной стратегии Стратегической Оборонной
Инициативы или "Звездных войн". Президенту Рейгану удалось одержать победу над
насмешками некоторых политических деятелей и выкручиванием рук людьми, которые
считали, что это стоило слишком дорого. Стратегии Звездных войн самой по себе и
ограниченного развертывания и тестирования некоторых ее компонентов было достаточно,
чтобы поставить Соединенные Штаты на один уровень вооружения рядом с EBE и показать
Советам, что у нас в руках наконец было реальное средство ядерного устрашения.
История СОИ и пути, которым оно изменило холодную войну и вынудило инопланетян
изменить стратегию для этой планеты, это история, о которой никогда не говорилось. Но
столь захватывающая и фантастическая, как это звучит, история ограниченного
развертывания СОИ - это история того, как человечество одержало свою первую победу над
более влиятельным и превосходящим технологически врагом, который испытал какой бы то
ни было шок, от реальных проблем с которыми ему придется столкнуться на Земле.

[Землянин]

(это машинный перевод, поэтому в тексте есть ошибки и неточности)

ГЛАВА 17

Звездные войны

К весне 1962 года генерал Трюдо сказал мне о своем желании уйти. Он сказал, что ему не
хочется командовать американскими войсками во Вьетнаме. Старик уже взял достаточно
высот за время службы в армии. И чтобы он внутри себя не чувствовал, генерал Трюдо был
всего лишь человеком, но он никогда не боялся. Он был требовательным к исполнению
приказов, упорным в противостояниях и никогда не прятался от борьбы. Все, кто его знал,
уважали ли его или боялись, все они ценили его. Выпускник Уэст-Пойнта, он родился в
поколение Американских военных офицеров, которые не имели абсолютно никаких
сомнений относительно того, что было правильным, а что нет, и он прошел через две войны
и череду командующих, включая главу Военной Разведки США, уверенный в том, что он был
на правильной стороне.
Он обладал великолепным качествами военачальника, но как мы оба узнали, во время
Холодной Войны было множество вещей, которые могли сделать вас уязвимым перед
политиками, которые ловят рыбу власти, во время борьбы с врагом, которого нельзя было
заметить, но чье присутствие косвенно чувствовалось.
"Хватит с меня этих Порк Чоп Хилл, Фил", - сказал генерал Трюдо после того, как узнал, что
генерал Максвелл Тейлор обошел его в Южно-Вьетнамском командовании при поддержке
армейских лидеров. Это значило, что он уволится с места своего последней работы, как
генерал-лейтенант. "И я боюсь, что эта война - попытка армии воевать посредством
политического процесса вместо настоящей войны."
"Мы бы там обязательно победили, Генерал", - сказал я, ярость распирала меня. "Мы оба
помним уроки Кореи".
Вероятно, генерал увидел, как мое лицо покраснело, потому что он сказал, "Нет, за Корею
нас, вероятно, судили бы военным судом. Просто подумайте, что бы они сделали с нами, если
бы мы выиграли войну". Затем он засмеялся и по его смеху я понял, что он с нетерпением
ждет своей пенсии. "Мы бы умыли этих коммунистов. И Вы знаете, что этого делать нельзя,
Фил."
Как раз, когда мы в тот день говорили об окончании лета, еще один советский траулер встал
на рейд у порта Гаваны, ожидая инструкций по разгрузке, в то время как один из наших
наблюдательных самолетов кружил на высоте, фотографируя под сорванным брезентом МБР
на юте судна. Я этого еще не знал, но последовательность развернувшихся событий будет
самым большим вопросом в моей жизни, точно таким же, как и пугающая правда о попытках
колонизировать нашу планету и собрать урожай из людей и животных, которые все еще
продолжались и были очевидными. Решающий поединок был не за горами. Он был уже на
горизонте. Никто этого не видел, но некоторые из нас знали, что под тихой водяной гладью
нечто мутило воду.
Генерал Трюдо со всеми попрощался и стал считать дни, когда сменит свою униформу на
штатскую одежду, а свой кабинет в Пентагоне на люксовый кабинет президента корпорации,
подобающей его опыту, как командира самых важных подразделений наших вооруженных
сил. Он был у руля УИР в течение шести лет, командуя Военной разведкой до этого в течение
трех лет. Хотя генерал открыто не комментировал множество невероятных фактов, которые
мы узнали из документов из Розуэлла, так как он считал это просто частью работы, он в
действительности время от времени шутил на эту тему со своим старым другом сенатором
Стромом Термондом. Несколько раз я заходил в его внутренний кабинет через черный ход,
чтобы найти сенатора Термонда, когда я заходил, то генерал Трюдо, сидя на своем диване
осматривал меня сверху вниз.
"Арт", - сенатор Термонд растягивал слова, скрывая свою улыбку Чеширского кота, "какие
жуткие вещи в голове у старины Фила?"
"Вы все еще думаете о своем барахле, Фил?" – спросил генерал.
"Я предположил бы, что Вы можете предсказать будущее, Фил", - сказал сенатор Термонд. "С
тем, что Вам известно, Вы можете что-нибудь предсказать ".
"Я просто поступаю, как хороший офицер разведки, Сенатор", - сказал я, будучи
максимально правильным и по возможности уклончивым в присутствии своего командира.
"Моя работа состоит в том, чтобы читать данные разведки и делать анализ".
"Ну, они достаточно информативны для Вас, Фил", - сказал сенатор и все в комнате точно
знали, что за "они" имелись в виду, когда нам не разрешалось говорить о "них" на публике.
А что же касаемо меня? Я готовил свои файлы для генерала Бича, нового руководителя УИР,
я знал, что моя пенсия наступит в конце 1962 года. Таким образом, я приготовился
помалкивать о Розуэлле, пока готовился в ближайшие шесть месяцев запустить столько
проектов, сколько мог, включая те, что оставались в моих секретных документах. Только
после ухода генерала Трюдо я больше не называл их секретными файлами или как-либо еще.
С новым боссом у меня было молчаливое соглашение не разглашать что-либо о Розуэлле или
документах.
К концу лета 1962 года, по всему Вашингтону циркулировали зловещие доклады о советских
грузовых судах, держащих курс в кубинские воды. Движение было интенсивным, но о том,
что происходило, от нашей разведки не было никакой информации. ЦРУ хранило полное
молчание, а из Пентагона пробивалось только то, что Советы нас прихлопнут и нам надо
вести себя тихо.
И что бы это ни было, мои друзья в Военной разведке говорили, что ЦРУ собиралось все
сгладить, потому что администрация Кеннеди не хотела конфронтации с Советским Союзом.
Что же это было? Продолжал я спрашивать себя, все время зная, что Советы на Кубе с чем-то
игрались, из-за этого там столько судов. Они там сосредотачивали войска? Действительно ли
это была череда военных учений? Ответ пришел ко мне вместе с серией шокирующих
фотографий, совершенно четких наблюдательных фотографий, которые были переданы мне
от друзей в Военной разведке, они находились в такой глубине Пентагона и были настолько
секретными, что в кабинете было запрещено даже делать какие-либо заметки. Офицеры,
которые может быть еще живы и поэтому их нельзя называть, попросили меня посмотреть на
полученные с разведывательных самолетов на Кубе фотографии. Они сказали, "Запомните
это, Полковник, потому что здесь копии делать нельзя". Я не мог поверить своим глазам, пока
просто смотрел на глянцевые отпечатки, а только потом взял лупу, чтобы получше
рассмотреть. Да, это были они, новейшие советские баллистические ракеты средней
дальности. Эти малышки могли долететь до Вашингтона всего за минуты и вот они здесь,
лежат у ангаров, всего в нескольких милях от нашей базы морской пехоты в заливе
Гуантанамо.
Видел ли Генерал Кертис Лемей эти фотографии, спросил я себя? Лемей, ветеран корейских
бомбежек, должен был залить слюной весь свой стол от перспективы бомбового удара по
Кастро, даже только от мысли, что он мог разместить БРСД так близко к американскому
воздушному пространству. И все же никакой реакции от Вашингтона не последовало. Армии
нечего было сказать, военно-воздушным силам нечего было сказать, а мои военно-морские
друзья были просто безразличны. Кто-то это прикрывал и я начинал волноваться по этому
поводу. Поэтому я позвонил одному из своих друзей, сенатору Кеннету Китингу из Нью-
Йорка и распросил его, что он знал.
"Что за ракеты Вы имеете в виду, полковник Корсо?" – спросил он. "Какие ракеты, где?"
Был октябрь 1962 года.
"На Кубе, Сенатор", - сказал я. "Они уже на Кубе в ожидании размещения на стартовых
позициях. Разве Вы не знаете?"
Правда была в том, что ни сенатор Китинг, ни представитель Майк Фиэн, которому я также
позвонил, ничего не знали. Оба законодателя хорошо знали, что лучше меня не спрашивать,
откуда я взял эти фотографии или кто их мне дал, но прежде чем они сделали или сказали
что-либо, они хотели узнать, почему я считал эти фотографии подлинными.
"Они получены от наших лучших источников ", - сказал им я. "Я сам смог различить там
ракеты. Я знаю на что они похожи. И это не одна единственная фотография, а целый ряд за
несколько недель отслеживания их перевозок на палубах советских грузовых судов. Это не
ошибка, это очень пугает."
Сенатор Китинг спросил, знал ли я точно, что президенту Кеннеди сообщили о присутствии
ракет, но я сказал, что у меня не было возможности это узнать. Лично я был бы потрясен,
если бы разведывательные источники хранили эту информацию вдалеке от президента,
потому что у Овального кабинета было так много путей разведки, что президент узнает все
независимо от того, что кто-то пытается утаивать информацию. Таким образом, мне было
довольно ясно, что администрация пыталась скрывать новости от американцев, чтобы ни
русские, ни кубинцы, не были сконфужены и напряжены.
Я также знал, что обратившись к сенатору Китингу и представителю Фиэну, я взял на себя
огромный риск. Я выпустил информацию за пределы цепочки военных и исполнительных
инстанций законодательной власти. Но, уже в этот апрель, я свидетельствовал перед
комитетом сенатора Дирксена по применению Закона о внутренней безопасности, что я верил
- и у меня было для этого доказательство - что через наши разведывательные службы,
особенно в Бюджетную комиссию, проникло КГБ и в результате мы проиграли войну в
Корее, которую должны были выиграть. Свидетельство было расценено, как совершенно
секретное и никогда не публиковалось. Но оно проделало себе дорогу к генеральному
прокурору Роберту Кеннеди, который обещал мне в частной беседе в Министерстве юстиции,
что лично удостоверится, что его брат, президент, прочитает это. Теперь уже прошло более
чем шесть месяцев и безотносительно получаемой президентом разведывательной
информации о советской угрозе безопасности США, было ясно, что если их никто не
остановит, то русские собирались выйти сухими из воды. Но не во время моей службы.
Президент Кеннеди уехал в Хайанниз Порт, а вице-президент Линдон Джонсон, друг Кена
Китинга с периода, когда он был лидером большинства в Сенате, был полностью вне
механизма принятия решений в Белом доме. Были слухи, что из-за его связи с Бобби
Бейкером, вице-президент устроил расследование и мог вернуться в 1964 году с членским
билетом. Таким образом, сенатор Китинг не рекомендовал ходить к Линдону Джонсону с
этой информацией. Кроме того, мы должны были получить ее прямо на глазах
общественности, чтобы ее нельзя было отмести, оставив Белому дому право все
игнорировать, пока не станет слишком поздно, чтобы форсировать события. Конечно, это
была азартная игра, потому что на наших глазах мог взорваться весь мир, но я знал, что
единственный метод иметь дело с русскими состоял в том, чтобы взять их за нос и преподать
им урок. Если бы мы в Корее сделали, как хотел Макартур, то вероятно во Вьетнаме не было
бы войны.
Одним из моих старых друзей в Вашингтонской пресс-службе был Пол Скотт,
синдицированный политический обозреватель, чьи статьи печатались в Boston Globe и
Washington Post. Если бы мы дали ему тему, то она одновременно появилась бы в обоих
изданиях и прямо перед Президентом, тем самым побуждая его к действиям. Меня это не
веселило, но другого пути не было. Итак, сенатор Китинг, Майк Фиэн и я скоординировали
стратегию. Я позвонил Скотту и сказал ему, что видел некоторые фотографии и мог кое-что
по этому поводу услышать. Мы встретились не в Пентагоне и я описал ему фотографии,
которые я видел и в самых общих чертах объяснил, не упоминая ничего совершенно
секретного о нашем аппарате наблюдения, как их получили, почему они были подлинными и
что они означали.
"Понимаете, когда я увидел эти цилиндры", - сказал я ему, рисуя в блокноте крошечные
трубы с фотографий на палубе судна, "это были баллистические ракеты средней дальности,
которые могут поразить Вашингтон, Нью-Йорк или Бостон в течение пятнадцати минут
после запуска. Мы даже не сможем обнаружить этих крошек, пока они не сойдут с орбиты и
станут снижаться. Это даст нам возможность в течение пяти минут спрятаться под стол. Но
от их ядерных боеголовок, кто-бы где-бы не находился, спастись нельзя."
"Какой смысл?" – спросил он. "Зачем кубинцам война с Соединенными Штатами?"
"Это не кубинцы", - объяснил я. "Это шантаж Советов. Они не собираются передавать ракеты
Фиделю Кастро и отдавать кнопку начала ядерной войны в чьи-либо руки. У Советов будет
полный контроль, у них будут свои войска на острове и они будут угрожать применить их,
если мы или кто-либо попытается свергнуть Кастро".
"Почему Вы мне это рассказываете?" – спросил он.
"Потому-что", - сказал я, в надежде на его чувство негодования, которое побудит его к
действию, "президент уже знает и ничего с этим делать не собирается".
Я был прав; журналист был шокирован. Он отчасти подозревал, что Кеннеди хотел избежать
любой конфронтации, пока не дойдет до второго срока, но он сказал, что это было настоящей
капитуляцией. "Он не сможет выйти сухим из воды".
"О да, он сможет", - предупредил я его. "Если мы не выведем историю наружу, она уйдет. Это
закапывание президентом головы в песок и надежда на то, что ее никто не выкопает. Вы
должны запустить это в Globe, сразу же, как только он прилетит в Массачусетс и заставите
его сопротивляться. Он вернется в Вашингтон, а это уже в Post. Затем Советы узнают, что он
все знает и это будет полный бардак".
"А вдруг это спровоцирует войну", - сказал Скотт.
"С Кубой? Послушайте, даже люди Хрущева не готовы жертвовать Москвой ради Гаваны", -
сказал я ему. "Это Русский гамбит, потому что КГБ сказало Хрущеву, что он может выйти
сухим из воды. Он наказывает нас за "У-2" и залив Свиней. Мы должны прямо здесь и сейчас
встать перед русскими, потому что, если мы не закончим Холодную войну, мы проиграем.
Это все касается территории, если мы не защитим наше полушарие, мы проиграем. Если мы
заставим их отступить, унизим их, мы победим".
История попала в Boston Globe и Washington Post в течение нескольких дней, вынудив
президента вернуться в Вашингтон для противостояния кризису, который останется в
истории, как один из определяющих моментов работы администрации Кеннеди. Роберт
Кеннеди знал, что Белый дом получал искаженные разведданные из ЦРУ и Джон Кеннеди
знал, что должен был держаться середины между людьми из ЦРУ, которые сказали ему, что
все будет в порядке, если он позволит Хрущеву соскочить с крючка, и его командующим
военно-воздушными силами Кертисом Лемеем, который хотел начать вторжение на Кубу.
Было очень мудрым, что президент Кеннеди не вторгся на Кубу. И он к тому же не отступил,
по крайней мере на публике. Наша блокада Кубы развернула русский военно-морской флот и
унизила Никиту Хрущева, гамбит которого потерпел неудачу. Президент Кеннеди поменял
местами некоторые устаревшие ракеты в Турции, чтобы дать Хрущеву что-то, что он мог
показать в Кремле. Но мы всегда знали, что после разворачивания наших субмарин Polaris в
Средиземноморье и в Северных Морях, у нас стало больше огневой мощи, чем когда-либо
было в Турции, упакованной и готовой направиться против Советов, и Советы даже не
узнают, что они там были. Кроме того, мы знали, что турки никогда не позволять нам
запускать ракеты в русских с их земли. Они боялись, что русские будут это использовать, как
повод для нападения на Турцию, но и Кремль это знал и знал, что мы искали повод, чтобы
грациозно уйти из Турции.
Все это произошло именно таким образом и президент Кеннеди получил право провести
черту через океан, которую русский военно-морской флот не мог пересечь, и заставил их
развернуться и отправиться назад домой. Русские отступили от всего мира.
Президент Кеннеди был героем.
Но у меня появились несколько новых влиятельных врагов и я видел конец своей карьеры в
армии, как приближающийся знак на пустой автомагистрали, в момент, когда на нем читается
надпись "Конец автострады", а ты все еще летишь на скорости в восемьдесят миль в час.
Теперь я посвятил себя упаковке документов из Розуэлла для тех, кто придет после меня и
написанию своих бумаг для работы, которую я мог бы найти после того, как я оставлю
армию. Кто мог знать, что спустя несколько месяцев я буду сидеть в кабинете на
Капитолийском холме, смотреть через стол на одного из моих преемников, который был там в
качестве научного советника министра обороны. Возможно, что я отдавил пальцы ног
некоторым самым влиятельным людям из Вашингтона, но это была хорошая борьба и прежде
всего, я был солдатом на холодной войне и воевал с хитрой стратегией EBE, которые
становились все более агрессивными, появляясь над нашими базами, городами и рядом с
нашими управляемыми и неуправляемыми космическими зондам. Даже русские
разведывательные службы стали жаловаться на странные происшествия со своими
космическими зондами. Но они не могли обратиться напрямую и сказать нам о причинах.
Мы должны были сами все понять.
Если в начале 1960-х годов Холодная война казалась сложной и хаотической, так как Кеннеди
манипулировал стратегиями Трумэна и Эйзенхауэра, признаваясь при этом, что он не мог
доверять своим собственным разведывательным службам, представляете каково было
принимать в расчет "другую" холодную войну или, как ее называли некоторые, "реальную"
холодную войну с инопланетянами. Это походило на слона посудной лавке, о котором все
знают, но продолжают это отрицать.
Он настолько большой, что его надо обходить вокруг. Его хобот качается с такой силой, что
надо наклоняться, когда он пролетает над головой. Следите за тем, чтобы он не отдавил вам
пальцы на ногах, когда он наступит на них и не подходите слишком близко к его заду, чтобы
не быть похороненным под тем, что оттуда выходит.
Другими словами, дела с Советами были просто большим беспорядком, к которому надо
было приспособиться, когда мы вместе садились за стол. Советы и американцы, изображали,
что вместе они преломляют хлеб, а не взрывают мир. И все же, каждый из нас искал
преимущество, пока наблюдал за руками другого. Вы следите за руками врага, он следит за
Вашими руками независимо от того, что Вы делаете ногами. Между тем, ваш противник
делает то же самое.

[Землянин]

(это машинный перевод, поэтому в тексте есть ошибки и неточности)

Руки у армии были связаны операцией прикрытия, отказом правительства в использовании
против инопланетян всех нашими ресурсов, потому что мы осторожно обходили правду. Но
помимо нескольких конгрессменов, которые знали о прикрытии, были те, кто знал о
вторжениях EBE, похищениях людей, увечьях рогатого скота и они поддерживали планы
армии по программе ускоренной разработки оружия в космосе.
Мы были убеждены, что, кем бы ни были инопланетяне из НЛО, они нагло вмешивались в
жизнь нашей планеты и управляя нами постоянно и тайно. Но это была тайна, которая нам
полностью подходила, мы не желали признавать правду и вести войну. Некоторые из нас в
армии, кто знал о том, что происходило, также чувствовали, что мы могли испытать на себе
большее, чем просто просачивание - вторжение врага. Я предположил, что они ставили под
угрозу наши самые важные системы обороны и управления, а затем, к тому времени, когда
конфликт откроется, мы будем уже открыты и уязвимы. Если бы EBE находились вокруг нас
достаточно долго, сказал я однажды генералу Трюдо, то возможно, они видели, как троянцы
забрали себе огромного деревянного коня, в котором греки въехали к ним в город прямо
через открытые ворота?
Со своей стороны, генерал Трюдо, сделал множество выступлений перед Конгрессом в
течении месяцев, предшествующих его отставке. Он прямо утверждал, что у армии
действительно было реальное место в космосе и у нас была возможность организовать
противоракетную оборону, которую он испытал в Лос-Аламосе, с помощью управляемой
ракеты и команды Redstone в Хантсвилле, Алабама. Кроме того, армия могла использовать
немецких ученых сразу после окончания войны в Европе. Генерал Трюдо засвидетельствовал,
что это не было вопросом о том, кто мог бы получить самый большой бюджет. Фактически
он предложил на выступлении перед Комитетом Конгресса по Науке и Астронавтике, что
если космические исследования необходимо полностью исключить из армии, то все это
нужно передать военно-воздушным силам. По крайней мере, сказал он, военно-воздушные
силы были армейской службой и у них были офицеры и военнослужащие, которые знали, как
воевать. Но по крайней мере в первые годы, Конгресс и президент решили, что
космонавтикой должно управлять НАСА. Однако, к концу 1960-х годов, они полностью
изменили это решение и поняли, что у исследования космоса был серьезный военный аспект.
У генерала Трюдо также были свои союзники среди крупных оборонных подрядчиков с
которыми мы работали. Не только ученые, но и члены советов директоров подозревали, что у
армии была крайняя необходимость в развитии оружия для космоса. Некоторые из них даже
поняли, что у нас, вероятно, был тайный план, потому что каждый из предложенных нами
проектов, таких, как Горизонт и энергетическое оружие, казалось разрабатывался для войны
с врагами, намного более влиятельными и неуловимыми, чем Советы. Когда он обратился к
промышленным группам по вопросам научно-технических разведывательных данных и
примененным разработкам, генерал Трюдо получил ответ, который можно было назвать, как
"знаем". Он сам однажды написал в своих неопубликованных мемуарах о приглашении для
знакомства в одну из компаний, с которой мы работали, то на встречу пришли люди,
принимающие важные решения. Он сказал: Я думаю, что в каждом случае, там был
председатель правления, генеральный директор, который обычно был президентом и
впечатляющий срез старшего руководящего персонала или директоров. Я скажу, что даже
когда я пошел в Sperry-Rand, ужин почтил своим присутствием, не кто иной, а сам генерал
Макартур и другие важные лица, этот ужин был не для всех.
Генерал Трюдо был отцом баллистической ракеты и человеком, который, с 50-х до 60-х годов
дал нашим вооруженным силам возможность применять баллистические ракеты. Его работа
в Сперри-Рэнд со своим боссом в Корее Макартуром, была тем более важна, потому что
генерал Макартур знал правду об НЛО и говорил, что армия готовилась к войне в космосе. И
он не хотел воевать в космосе с русскими, он имел в виду инопланетян.
Но мы боролись в такой черной глубине нашего официального опровержения, что
фантастическая природа правды, продолжающееся воздействие истины и подчинение
гражданских разведывательных служб какому-то их собственному сумасшедшему проекту
мироустройства, на основе международного правительства, иногда заставляли нас
сомневаться в своих собственных чувствах. Однако, когда Вы посмотрели на то, что я назвал
секретной историей Соединенных Штатов с 1947 года, Вы поняли, что по комнате прошел
невидимый слон. Даже лучшей аналогией будет концепция черной дыры.
Черные дыры, сверх плотные остатки сжатых звезд, которые проглатывают свет и силу
притяжения, сжимая их как галактический уплотнитель в нечто, что можно описать только
физическим понятием субатомных частицы и фактически, это нельзя "зарегистрировать".
Поведение света и силы притяжения вокруг них можно определить только косвенно. Таким
образом, предполагается, что черная дыра может присутствовать в специфичной части
космоса, когда свет и сила притяжения огибают ее, как вода стекает от места протечки под
раковиной.
Вот на что была похожа правда о нашей стратегии холодной войны и о разработке любого
ультравысокотехнологичного или экзотического оружия. Возможно, что это имело смысл в
1947 году, но к 1962 году, отказ правительства признать войну, которая уже шла, мешал
ведению этой войны. С 1947 года и формирования рабочей группы, каждый новый слой
бюрократии, работающей в черной дыре стратегии по отношению к НЛО и сбору
информации, обнаруживали себя все более запутанным в беспорядке правды и лжи в
прошлом. Как легионы слепых солдат, они сталкивались друг с другом, ломали планы друг
друга и думали, что друзья были противниками, а противники друзьями. В отсутствие ясной
долговременной политики, которой придерживались из поколения в поколение, стратегия
контакта с EBE запуталась в собственных сетях.
После декабря 1947 года, когда Генерал Хойт Ванденберг, начальник штаба военно-
воздушных сил, направил военно-воздушные силы на оценку и отслежвание наблюдений за
НЛО - в ответ на рабочую группу - в Воздушном Центре Научно-технических
разведывательных данных начался проект "Знак". Он был так важен, что даже Дж. Эдгар
Гувер в 1947 году выпустил 59-й Бюллетень Бюро с приказом все будущие сообщения об
НЛО не проверялись агентами ФБР, а вместо этого отправлялись в военно-воздушные силы.
Хотя официально НЛО и не искали, проект военно-воздушных сил "Знак" исследовал 243
наблюдения и представил свой отчет в феврале 1949 года. Но в то же время "Знак" дал свою
оценку, Воздушный Центр Научно-технических разведывательных данных выпустил свой
собственный документ, под названием "Оценка ситуации". В основном, но наивно, в
документе делались выводы, что мы имели дело с внеземными нарушителями, которые
наблюдали за нами из НЛО. Но у генерала Ванденберга, по словам одного из офицеров, с
которыми я позднее столкнулся в Пентагоне, "была корова, и не искалеченная".
"Полковник", - сказал этот офицер, "из ушей старика шел пар, он был так разъярен.
Радуйтесьо, что Вас там не было".
Я спросил этого офицера, отчего генерал Ванденберг так раскипятился. В конце концов, он
приказал первым сделать отчет. Почему он не согласился с генералом Твинингом и
адмиралом Хилленкоттером, обратиться к президенту и начать выпускать информацию?
"Вы сумасшедший?" - сказал этот офицер. Был 1956 год и меня отправили из Белого дома на
доклад в Пентагон.
"Вы разве не помните то, что произошло, когда просто передали по радио "Войну Миров"
Орсона Уэллса? В городах были беспорядки, потому что они подумали, что это было
реально. Можете вообразить, что произошло бы, если бы это было реальным? Если бы наше
правительство точно также по радио сообщило о приземлении летающих тарелок, только на
сей раз мы поймали одну, а они все еще прилетают? Подумайте об этом. Беспорядки, грабеж,
безумство людей, потому что они подумают, что инопланетяне разрушат планету".
Он был прав. И что было хуже, инопланетяне настраивали нас своего рода враждебными
действиями, чем бы они не являлись.
Когда генерал Ванденберг прочитал "Оценку ситуации", он раскипятился и приказал сжечь
весь доклад, прежде чем кто-либо еще сможет его прочитать. Это была одна из последних
официальных оценок правительством ситуации с НЛО, когда-либо подходивших близко к
разглашению, прежде чем реальное прикрытие ее запрещало.
Но ворчание об отсутствии государственной политики относительно докладов об НЛО
продолжалось. Проект "Недовольство" содержал и оценивал 244 наблюдения НЛО. Затем в
1949 году появилась записка из отдела ЦРУ по Научным Исследованиям об очень опасной
ситуации с необъяснимыми наблюдениями полетов объектов. Затем в 1952 году, появилась
другая записка из ЦРУ; от главы отдела Научных Исследований Вооружения и
Подразделения Оборудования, в которой также жаловались на отсутствие у нас знаний и
политики в области наблюдений НЛО. Теперь казалось, что даже в ЦРУ был помешан на том,
что делать с НЛО, на разных уровнях своего управления. Генералам Твинингу и Ванденбергу
было достаточно. В 1952 году военно-воздушные силы формально начали проект "Синяя
книга". По крайней мере, если бы мы не собирались делать что-либо с НЛО публично, то у
нас должен был быть путь к смягчению страха общественности перед наблюдениями НЛО.
Этим бальзамом была "Синяя книга".
Независимо от того, что рабочей группе полагалось делать в 1952 году, она не удовлетворяла
Совет национальной безопасности, который приказал ЦРУ определить, создаст ли
существование НЛО опасность для Соединенных Штатов. Конечно, ЦРУ уже это знало, так
как двое из их директоров разведки были членами рабочей группы, что НЛО
демонстрировали враждебные намерения не только по отношению к Соединенным Штатам,
но и к Советам, итальянцам, а также скандинавам. Все НАТО пыталось постичь ответ на
угрозу НЛО, не вызывая реакции Советов. Тридцать лет спустя это было одной из причин, по
которой президенты Рейган и Михаил Горбачев смогли приехать на встречу умов по теме
НЛО, которые в конечном счете положили конец необходимости холодной войны.
14 января 1953 года, как раз перед инаугурацией президента Эйзенхауэра, офицеры из ЦРУ и
офицеры военно-воздушных сил встретились в Пентагоне по приглашению ЦРУ для
обсуждения ситуации с НЛО и что наша рабочая группа изучила до сего момента. Первым ее
возглавил Х. П. Робертсон, сотрудник ЦРУ и директор Weapons Systems Evaluation Group в
кабинете министра обороны, в группе был также член рабочей группы доктор Ллойд Бернер,
физик и один из директоров Национальные Лаборатории Брукхевена, как один из его
участников. Группа Робертсона провела последующие три дня, рассматривая собранные для
них Разведкой Военно-воздушных сил истории наблюдений НЛО и просмотрев два фильма, в
которых была приведена видеозапись предполагаемых летающих тарелок. Группа пришла к
заключению, что никакой угрозы Соединенным Штатам не было и не рекомендовала, чтобы
правительство начало разоблачать наблюдения НЛО в целом. Это, ЦРУ сообщило уже в 1988
году, был только один официальный ответ правительства на наблюдения НЛО.
Чуть более чем год спустя, Белый дом согласился, что было необходимо иметь своего рода
политику, управляющую выходом информации об НЛО в прессу. Чтобы препятствовать
офицерам низшего уровня выпускать несанкционированную информацию - под
несанкционированной, как сообщил Совет национальной безопасности, президент
подразумевал только засекреченную рабочей группой информацию - генерал Натан Твининг,
теперь уже начальник штаба военно-воздушных сил, подписал Постановление 200-2 ВВС
США, в котором было сказано, что было допустимо публиковать отчеты в СМИ только тогда,
когда объект был идентифицирован, как болотный газ или метеорит. Но только Воздушный
Центр Научно-технических разведывательных данных (ATIC) мог определить, какие объекты
были идентифицируемыми, а какие не были. Другими словами, только ATIC мог разрешить
выпуск любой информации об НЛО и они делали это только тогда, когда объекты были четко
идентифицируемыми, как обычные явления, а не летающие тарелки.
В течение 1950-х годов я стал свидетелем, как правительство становилось все более
скрытным с НЛО, хотя в частном порядке я думал, что они получали бы более качественную
информацию, если бы были более открыты в этом. Но я был офицером и понимал
необходимость хранения информации в тайне, пока не удастся понять что это такое.
Кроме того, Советы делали большие успехи в гонке полетов в космос и мы не знали,
сотрудничают ли они с EBE. Действительно, здесь шла война и я выполнял приказы штаба
Белого дома, как раз тогда, когда я наблюдал, как офицеры прикрытия начали регулярно
спотыкаться .

[Землянин]

(это машинный перевод, поэтому в тексте есть ошибки и неточности)

Темнота сгущалась вокруг нас.

В 1961 году военно-воздушные силы начали два секретных проекта, которые в
действительности действовали с 1947 года, но не участвовали в политике. "Лунная Пыль"
имела дело с организации спасательных команд для поиска и сбора приземлившихся или
упавших "иностранных" космических кораблей. Но общественность знала только, что
намерения и цели военно-воздушных сил были направлены на поиск упавших или
приземлившихся советских спутников. В действительности военно-воздушные силы
восстанавливали программу по НЛО точно так же, как армия собирала разбитый в пустыни
Нью-Мексико четырнадцатью годами ранее НЛО. Затем, в проекте "Синяя Муха", военно-
воздушные силы получили полномочия на срочную доставку разбитых инопланетных
космических кораблей и любые другие интересующие предметы из научно-технической
разведки на Авиационную базу ВВС Райт-Паттерсон в Дейтоне, Огайо, для изучения. Это
было повтором возвращения космического корабля из Розуэлла из 509-го в Райт Филд
генералом Твинингом в 1947 году.
В 1962 году один из помощников министра обороны Артура Сильвестра, сказал прессе на
брифинге, что, если бы правительство считало это необходимым по причинам национальной
безопасности, то оно даже не предоставило бы информацию об НЛО Конгрессу, не говоря
уже об американской общественности. И теперь я был в Пентагоне, я в полной мере понял,
какие шаги предприняли военно-воздушные силы, чтобы взять под свой контроль всю
ситуацию с НЛО. У НАСА был мандат от президента на управление исследованием космоса,
но вооруженные силы все еще должны были защищать от угрозы НЛО даже с учетом того,
что нам препятствовали на каждом шагу.
Проекты Военно-воздушных сил "Saint" и "Blue Gemini", возникшие несколько лет спустя по
номером 7795, были первой противоспутниковой программой ВВС США, агрессивной
операцией, разработанной для определения местоположения, отслеживания и разрушения
вражеских наблюдательных спутников или, что еще более важно, находящихся на орбите
НЛО. Мы разработали в УИР с помощью технологий, а военно-воздушные силы, и затем
армия, сделали начальные шаги, чтобы защитить американскую систему ракет от нападения
советов в космосе и защиты планеты от вторжений НЛО.
Спутник "Saint" был орбитальным инспектором НЛО, ЦРУ использовало версию
стандартного плана B спутника, у которого на борту была телевизионная камера и
отслеживающая и наводящая радарная система. Его работой было наблюдение. Обнаружить
потенциальный вражеский спутник или НЛО, скрывающихся на орбите и навести на него
телевизионную камеру с радаром. Как только происходило фиксирование на цели,
приближались спутники-убийцы "Blue Gemini". Один из проектов Hughes Aircraft, главного
подрядчика по ПВО и строительству спутников, "Blue Gemini", был военной версией капсулы
НАСА "Gemini". Его миссия, простая и ясная, состояла в нападении с более высокой орбиты
и уничтожении или отключении вражеского спутника или НЛО. Если бы это было
возможным, то "Blue Gemini" попытались бы "захватить" НЛО на орбите, сделав его
неподвижным для ожидания подготовленной к выходу в открытый космос команды
астронавтов и получению в свои руки всего, что мы только могли. Все эти спутники были,
конечно же развернуты под покрытием других миссий и сегодня они формируют одну из
линий защиты для системы противоракетной обороны и обороны от НЛО.
В нашей войне с НЛО "Saint" и "Blue Gemini" были важными первыми шагами. Технология,
которая вышла из ВоенУИР в 1960-х годах, была взята у самих инопланетян, и была
направлена на развитие нашей способности организовать защиту от инопланетян, даже с
учетом того, что в часы после катастрофы в Розуэлле наше положение выглядело абсолютно
безнадежным.
Как и у многих других продуктов, которые вышли из ВоенУИР и использовались в военных
целях, у них было также и общее применение.
Даже сегодня, когда Вы смотрите на маленькие тарелки антенн цифрового спутникового
телевидения, продающиеся всюду по стране, Вы видите свой собственный продукт Hughes.
Это пример того, как технология, которая первоначально предназначалась для вооруженных
сил, становится в итоге самым основным и повседневным потребительским товаром.
17 декабря 1969 года министр ВВС объявил о закрытии проекта "Синяя книга". Он сказал,
что приведенный в ней обзор более чем тринадцати тысяч случаев не дал никакой
информации о наличии угрозы для национальной безопасности в любом случае и в
действительности, в связи с тем, что каждое приведенное в "Синей книге" наблюдение, было
определено, как нечто земное, а не внеземное, в ней не было того, что называется
неопознанными летающими объектами. "Синяя книга" сделала свою работу и теперь могла
сообщить, что наше небо безопасно. Но "Синяя книга" с самого начала была чисто для связи
с общественностью, а анализ вооруженными силами НЛО продолжается непрерывно.
В 1975 году и в начале 1976 года, НЛО серьезно посягали на хранилища ядерного оружия
военно-воздушных сил в Loring AFB, штат Мэн, на важные и чувствительные стратегические
сооружения Авиационного командования в Майноте, Северная Дакота и на другие
сооружения в Монтане, Мичигане, и даже на базу Королевских военно-воздушных сил
Канады в Фолкон-Бридж в Онтарио. Это были не просто случайные наблюдения. НЛО
фактически проводили наблюдения и операции по сканированию баз, которые вылились в
сигналы тревоги и секретные доклады в Вашингтон о вторжениях.
Затем НАСА наконец разработало и запустило проект по сканированию радиоэфира и поиска
сигнала от других развитых цивилизаций, сигналы которых мы могли поймать. Проект,
который был назван "Поиск Внеземного Разума" - SETI, одобрен Карлом Саганом и с тех пор
был закрыт, это была не только сеть с расставленными по всему миру приемниками, а еще и
набор международных правительственных протоколов для взаимодействия в случае
установления контакта с внеземной цивилизацией.
На протяжении более пятидесяти лет и в настоящее время продолжается война с НЛО и мы
пытаемся защитить себя от их вторжения. Спутники-убийцы из Hughes в 1970-х годах были
нашими первыми шагами в развертывании планетарной системы обороны, которая
противостояла бы любой реальной угрозе от EBE. Когда в конце 1970-х годов мы поняли, что
энергетическое оружие и высокоэнергетический лазер были еще более эффективными, чем
взрывающиеся спутники, наша обороноспособность увеличилась еще больше. Мы признали,
что применяя обнаруженные в Розуэлле технологии и видение Теслой пучков частиц для
наших противоспутниковых ракет и установок лазерного наведения, мы могли быстро
получить необходимую для обороны возможность быстрого наведения/быстрого огня. Но мы
продолжали играть в прикрытие даже при том, что русские теперь наконец признали
возможность сотрудничества между супердержавами, которое требовалось для встречи с
общей угрозой.
В 1980-х годах президент Рейган и председатель Горбачев признали необходимость во
взаимном сотрудничестве против общего врага. В то время как никто честно официально не
признавался в угрозе EBE и военном вторжении инопланетян, оба признали что, если
Соединенные Штаты и Советский Союз могли бы отложить свои разногласия и
поучаствовать в общей политике защиты космоса вокруг земли, то обе супердержавы
извлекли бы из этого выгоду. Со своей стороны, президент Рейган боролся за быстрое
развитие и развертывание космической технологии защиты планеты. Она называлась
"Стратегической Оборонной Инициативой", а пресса насмешливо называла ее "Звездными
войнами", СОИ была описана в 1985 году со слов президента Рейгана, как "защитный щит,
который не причинит людям боли, но отразит любое ядерное оружие, прежде чем оно сможет
причинить людям боль".
Если вкратце, то "Стратегическая оборонная инициатива", представлялась Белому дому и
вооруженным силам, как базирующаяся в космосе система обороны для защиты
Соединенных Штатов от тотального ядерного удара Советского Союза. В нее входили бы
спутники, которые в течение секунд могли обнаружить обширный запуск ракет с ядерным
зарядом, орбитальные лазеры для уничтожения первой волны ракет, оборудованные лазером
подводные лодки, которые могли бы защитить от следующего залпа и наземные ракетные
системы, образующие последнюю линию защиты. Кроме того, СОИ также включал в себя то,
что как я думал, было его лучшим оружием, выпускаемый из ракеты кинетический
энергетический луч, который наводится на вторгающиеся боеголовки или орбитальные
космические корабли на низкой орбите и выбивает их электронику пучком частиц. Изящный
аспект кинетического энергетического луча состоит в том, что от него нет никакой защиты. У
лазеров, даже у лазеров высоких энергий, были свои недостатки, как только лазерный луч
отражается от поверхности, окружившая поверхность область энергии защитит ее от
следующего импульса. Цель будет или уничтожена сразу или станет защищенной от
последующих импульсов. Но с пучковым оружием можно проникать сквозь оболочку, точно
так же, как нагревается мясо в микроволновке и разрушать электронику, чтобы вывести
ракету противника из строя, а затем разрушить ее на части или испепелить.
Одним из признаков, что СОИ не будет работать, было то, что огромная антинаучная игра и
корпоративные поддавки не смогут обеспечить солидный противоракетный щит, нарушит ли
президент Джонсон соглашением по ПРО с русскими, наряду с гигантской растратой денег
налогоплательщиков, угадайте как?
Это сработало!
Нам не надо было сбивать тысячи советских боеголовок и Советы в действительности
никогда не ставили на первое место выполнение соглашения по ПРО, потому что знали, что
не собирались первыми наносить удар, как и мы. Мы знали, каковы были реальные цели
СОИ и это не была кучка ядерных боеголовок. Это были НЛО, инопланетные космические
корабли, которые думают, что они неуязвимы и невидимы, когда подлетают к границам
нашей атмосферы, имея возможность выводить из строя наши коммуникации ЭМ
импульсами, нападать на наши космические корабли, колонизировать нашу Луну, калечить
рогатый скот для своих ужасных биологических экспериментов и даже похищать людей для
проведения медицинских тестов и гибридизации живых существ. И что было хуже всего, так
это то, что мы должны были позволить им сделать это, потому что у нас не было оружия для
защиты.
Эти существа не были доброжелательными инопланетянами, которые прилетели, чтобы
просветить людей. Это были генетически измененные гуманоидные автоматы,
клонированные биологические существа и фактически они собирали биологических существ
на Земле для своих экспериментов. Пока мы не могли обороняться, мы должны были
позволить им вмешиваться по их собственному желанию. Это было частью того, с чем
должна была иметь дело рабочая группа. Пока мы не могли сопротивляться, мы
договорились с ними о своего рода уступке. Они диктовали условия, потому что знали о
наших опасениях разоблачения. Скройте правду и она станет Вашим врагом. Раскройте
правду и она станет Вашим оружием. Мы скрыли правду и EBE использовали ее против нас
до 1974 года, когда мы впервые реально сбили инопланетный корабль на Авиационной базе
ВВС Рамштайн в Германии.
В течение многих лет они пытались разрушить нашу космическую программу - "Mercury",
"Gemini", "Apollo" и даже "Space Shuttle".
Они нападали на наши капсулы в космосе, вмешивались в наши передачи и направляли на
нас ЭМИ точно так же, как мы в прошлом делали с советскими надводным судами, когда
поражали их радарным импульсом, настолько мощным, что гидроакустический персонал выл
от боли в медсанчасти судна. Но когда с нами так поступили EBE, то нам нечем было
ответить. Это было перед началом СОИ.
Наши высокоэнергетические лазеры или "HEL", после того, как они были построены и
протестированы, работали подобно ударам молний в темные ночи 3 и 4 июля 1947 года,
которые полностью нарушили работу генератора электромагнитной волны в космическом
корабле над Розуэллом и пилоты не смогли справиться с управлением своим кораблем. Мы в
конечном счете поняли, что НЛО был сбит, в тот самым момент, когда хотел улететь,
природным вариантом мощного пучка частиц. И мы знали, что EBE были в курсе нашей
обороны планеты, когда мы развернули пучковое оружие и проверили его на орбите, чтобы
это видели все и EBE в том числе.
Хотите верьте, а хотите нет, но Горбачев также был этому рад, потому что президент Рейган
гарантировал, что Соединенные Штаты накроют своим щитом также и весь Советский Союз.
Уверен, эти два лидера обменялись рукопожатием и обняли друг друга на публике. То, чего
они достигли взаимным сотрудничеством, но что виделось всем борьбой, было
поразительным. С чем бы ни мы ни бились, все стало малозначительным перед угрозой
существ, которые так превосходили нас в технологии, что мы были их подопытными
животными. И когда Соединенные Штаты и СССР в начале 1980-х годов пришли к согласию
прекратить борьбу друг с другом на разных территориях и начали сотрудничать ради победы
над общим противником, мы были непобедимыми. Теперь, когда Шаттл стыкуется с Миром и
астронавты с космонавтами поднимают тосты с водкой из своих пластиковых тюбиков и
смотрят в самые темные глубины космоса, они знают, что вокруг них есть электронный щит.
И сейчас, когда война в общем и целом закончена и мы защищаем свой плацдарм, правда в
конечном счете выйдет на белый свет. Теперь можно сказать реальную правду
пятидесятилетней истории войны, похожей на полной уничтожение человеческого рода в
Холодной войне, угрожавшей нам смертью от ядерного оружия, потому что мы добились
своей цели. Так произошло потому, что в темные предрассветные часы в июле 1947 года,
армия, только смутно понимая, что мы были на краю потенциальной катастрофы, нашла в
пустыне разбитый космический корабль и забрала его, точно так же, как экипаж этого
космического корабля хотел забрать нас. В те минуты, даже при том, что мы могли
спотыкаться и падать в темноте в течение следующих пятидесяти лет, мы привели в
движение процессы, которые привели нас к первоначальному выводу о столкновении с
превосходящей нас военной силой. Это помогло нам в конфронтации с русскими и если мы
не отклонимся от пути, то поможет нам управлять угрозой вторжения. Когда наконец
опубликуют правду о вмешательстве инопланетян в дела нашей планеты и наш постоянный
контакт с инопланетной культурой, она уже не будет так пугать, но будет шокировать.
Ночь в пустыне окружает, обнажая самые глубокие детские страхи перед пустынным
пейзажем и чернотой неба. И даже сидя в автомобиле Вы продолжаете разговаривать, чтобы
держать ночь подальше.
"Вот что я думаю обо всем этом, об НЛО, о холодной войне", - сказал я своему компаньону в
автомобиле, когда мы ехали на юг через пустыню Нью-Мексико к городу Розуэлл. "Мне
сейчас больше восьмидесяти лет и я вот что думаю".
Ночь заглатывала нас, пока автомобиль вибрируя на дорожном покрытии, все еще теплом и
влажном от мимолетных летних ночных гроз, светил огнями вперед, куда-то за горизонт.
"Холодная война, Карибский кризис в 1962 году, международные волнения в 1973 году, вся
история перед нами, Вы так не думаете?" – спросил я.
"Возможно инопланетяне на зря вынудили нас оборонять планету. По крайней мере, это
держало нас в состоянии Холодной войны, даже при том, что мы использовали настоящие
пули".
"И почему же вы решили, что Холодная война закончилась, товарищ?" – спросил мой друг,
аккуратно вынимая сигарету, прикуривая ее и выпуская дым из окна. "Американские
сигареты", - сказал он. "Разве я не самый буржуйский декадент, которого Вы когда-либо
встречали? Что бы вы Американцы делали без меня?"
Я посмеялся сам над собой и устремил взгляд на миллионы звезд в небе над пустыней,
видимых везде, куда бы я ни посмотрел. Коровы спали у кустов, у песчанного вала,
насыпанного вдоль обочины одинокой федеральной трассы, время от времени лучи света фар
выхватывали из темноты пробегавшего койота и я слышал, как мой друга выдыхает дым,
когда выпускал дым сигареты в воздух пустыни. Была точно такая же, как тогда ночь, вдалеке
сверкали молнии и по пустыне точно также, как тогда разносились раскаты грома.
И пока мы ехали в Розуэлл по ночной Нью-Мексико, я увидел пролетевший по дуге с юга на
север яркий метеор.

[Землянин]

(это машинный перевод, поэтому в тексте есть ошибки и неточности)

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Возвращаясь в 1950-е, я вспоминаю, как смотрел телесериал под
названием "Я прожил три жизни" о жизни Герберта А. Филбрика, о котором говорили, как о
"фантастической, но правдивой" истории его жизни, как члена ячейки коммунистической
партии и тайного сотрудника ФБР. Несколько лет спустя, когда я попал в ВоенУИР, я
вспомнил о нем и подумал, что моя собственная жизнь также "фантастическая, но
правдивая", как генерал Трюдо и я помогли изменить курс истории. Очень немного людей
знало, что выходящие в течение 1960-х годов из Иностранной Технологии продукты, были в
некотором роде производными от катастрофы с НЛО, которая "официально" никогда не
происходила. Жизни были сломаны, карьеры разрушены, дети запуганы призраками из
армейской Контрразведки, бизнесмены в Розуэлле, находятся под угрозой финансового краха
и было еще хуже, если кто-либо рассказывал о том, что произошло. Но все они были
преданными американцами и даже с учетом того, что у некоторых, возможно, были сомнения
относительно утаивания правды, они были согласны с армией.
Многие люди в течение прошедших лет критиковали армию. Я пишу это для тех, кто в то
время был маленьким или не задумывался об этой части американской истории. Мы мирная
стана. И правительство для поддержания прикрытия Розуэлла должно было не только
словесно защищать армию. Легко говорить тем, кто не понимает управлявшей нами
политики страны, которая еще полностью не вернулась из состояния войны, у нас был Гарри
Трумэн, еще не оправившийся от внезапного поста президента, с твердым решением
сбросить атомные бомбы на Японию и столкнувшийся с колоссальным эффектом от падения
странного корабля на американскую землю. Действительно ли он был из Советского Союза?
Может он принадлежал иностранному государству? Действительно ли он был враждебен?
Мы просто ничего не знали и не собирались ничего говорить, пока не узнаем что это было.
Действительно ли это была летающая тарелка? В прошлый раз, после шуточного публичного
объявления о приземлении инопланетян случилась паника. После войны и страхов вокруг
холодную войны, мы не хотели рисковать и допускать еще одну панику. Таким образом,
вооруженные силы рекомендовали, а Белый дом согласился помолчать. Точно так же, как и
секреты проекта "Манхэттен", оттуда не выходило ни одного слова. И в течение следующих
пятидесяти лет, эта политика, однажды вставшая у руля, управляла поведением
американского правительства и вооруженных сил, относительно существования НЛО и
катастрофы в Розуэлле.
Вы также можете спросить, как правительство смогло так долго удерживать это в секрете.
Существовало ли когда-либо другое прикрытие, настолько эффективное и полное, что оно
работало без ведома последующих президентов, из года в год, пока его наконец не
остановили? Фактически, такое прикрытие, начавшееся во время войны было, но
продолжилось оно в рамках проводимой Трумэном в 1947 году политики, под кодовым
названием "Трилистник". Министр обороны Джеймс Форрестэл, один из настоящих членов
рабочей группы по НЛО, убедил в 1947 году своего босса, президента Трумэна, продолжить
работу с "International Telephone and Telegraph", "Western Union" и RCA, чтобы сделать
международные коммуникации доступными для контроля Американскими военными
разведывательными службами. Даже при том, что его первоначальная цель состояла в том,
чтобы контролировать любые коммуникации военного значения, к примеру, передачу
военных тайн, не было никакого контроля над тем, что было проинспектировано, а что нет.
Эта программа продолжалась в течение последующих двадцати восьми лет и держалась в
секрете от всех президентов, пока ее не закрыли при правлении Форда в 1975 году.
Означает ли наличие "Трилистника", что НЛО существуют? Конечно же нет. Но это
демонстрирует способность американского правительства держать продолжающуюся
операцию в секрете даже от президента Соединенных Штатов, во многом также, как это
делала рабочая группа по НЛО при Джеймсе Форрестэле.
И что же я думаю обо всем этом, о произошедшем и о том, что я сделал? Я полагаю, что из-за
того, что в то время я был офицером военной разведки, я не задумывался о значении НЛО и
EBE. Я понимал, что мы вели холодную войну с Советами и периодически сталкивались с
инопланетянами. Я полагал, что их намерения были тогда и все еще остаются сейчас
враждебными, я полагаю, что мы предприняли необходимые шаги для разработки оружия,
которое может притупить их угрозу. Фактически же, в американских войсках есть лучшее,
более точное и более мощное оружие для уничтожения НЛО, чем это было показано в
фильме "День Независимости".
Мы можем сбить этих парней завтра высокоэнергетическим лазером и пучковым оружием,
как в фильме "Звездные Войны". И это не фантастика, это - факт. Если Вы хотите узнать
больше, то посетите веб-сайт Космической Команды армии США в Интернет. Эти ракеты с
высокоэнергетическими лазерами - гордость нашей планетарной системы обороны и прямой
результат храбрости президента Рейгана в стремлении к Стратегической Оборонной
Инициативе, в то время, когда все говорили, что это не сработает. Программа СОИ была
прямым результатом работы генерала Трюдо и меня в ВоенУИР 1962 году.
Иногда вещи просто не работают, как им положено. Однажды в очень туманном будущем,
Вам выпадет шанс одновременно спасти свою страну, планету и даже живых существ. И
когда это время придет, как однажды сказал Дэйви Крокетт: Убедитесь, что Вы правы и затем
идите вперед.

[Землянин]

Как ЦРУ провело информационную спецоперацию по замыливанию информации Филипа Корсо.

https://youtu.be/d9tiK_EU1G8

В 1998 году, чтобы сгладить эффект от взорвавшейся информационной бомбы, после выхода в свет книги Филиппа Корсо "День после Розуэлла" (The_Day_After_Roswell) об истинной истории случая в Розуэлле, потребовалось подкинуть общественности дезинформацию для перенаправления потока внимания.
Спустя небольшое время после публикации своей книги, Корсо испытал два инсульта подряд в течении суток, и через неделю умер.
В том время, когда это произошло, состоялась премьера самого грандиозного фильма о катастрофах НЛО - "The Secret KGB UFO Files". Поскольку этот фильм был профессионально раскручен согласно всем голливудским канонам, он занимает первую строчку во всех рейтингах фильмов такого рода.
В результате, вместо того чтобы обсуждать и анализировать реальные факты предоставленные полковником Корсо, медийные кукловоды на всех углах стали кричать про страшных русских и КГБ которые скрывают НЛО, и посредством перенаправления  внимания на поддельный объект, внимание американской общественности к реальным фактам было потушено.
Этот фильм был заранее подготовлен, для его реализации приезжали в Россию сначала эмиссары, которые собирали информацию, нанимали актёров, в том числе просили Черноброва дать интервью для фильма. По косвенным данным Вадим понял, что готовится подстава и отказался от сьёмок.
Впоследствии выяснилось, что для создания этого якобы документального фильма, на Мосфильме были заказаны образцы военной техники и обмундирования 60х годов, была собрана массовка, в подмосковье был подготовлен киногородок, где на окраине леса уложили летающую тарелку. Макет летающей тарелки не сумели сделать качественно, поэтому пришлось обрезать половину, сделанную не очень хорошо, и воткнуть оставшуюся половину в грунт, чтобы имитировать, что она, якобы, потерпела катастрофу. А затем сыграли художественную сцену под названием "катастрофа НЛО под Берёзовским".

[Землянин]

Крушение в Розуэлле.

В июле 1947 года, подразделение армии США в Розуэлле (RAAF) выпустило официальный пресс-релиз, заявляя, что персонал 509-ого смешанного авиаполка обнаружил разбитый "летающий диск" на ранчо вблизи Розуэлла, штат Нью-Мексико.

Позже в тот же день, командующий в звании генерала ВВС США заявил, что Майор Джесси Марсель, который был связан с доставкой обломков, привез только изодранные остатки метеорологического воздушного шара.

Оказывается, армия США собирает обломки воздушных шариков...



В 2008 году австралийское информационное агентство NEWS.com.au обнародовало завещание того самого Уолтера Хаута, который сначала опубликовал официальный пресс-релиз об обнаружении летающей тарелки, а потом по приказу начальства отказался от него, из завещания следовало, что генерал Роджер Рэйми - наврал про метеозонд и вынудил Уолтера Хаута провести информационную операцию прикрытия крушения НЛО.
http://exopolitics.ru/forum/index.php?topic=76.msg527#msg527

[Землянин]

Корсо - послание потомкам.

https://youtu.be/E8dJdfYBePs

Филлип Корсо рассказывает, что лично видел тело Серого инопланетянина в ящике на базе Форт Райли.
В 1947 году грузовики следовавшие из Нью-Мексико доставили на базу Форт Райли ящики с телами инопланетян.

[Землянин]

Инопланетянин Мифи Сикфефикс с Андромеды о биотехнологических "костюмах".

Видео 86. 7-мое Августа, 2012-тый год.
http://exopolitics.ru/forum/index.php?topic=56.msg1278#msg1278

Мифи, ты знаешь инопланетную расу, представители которой были захвачены живыми и мёртвыми в Розвелле, США, в 1974-том году? Кем они были?

- Я уверен, что мы уже об этом говорили. Много видов инопланетных рас было захвачено при крушении их кораблей на Земле, их держали в заключении и изучали на военных базах. В 1947-мом году произошло несколько аварий, и выживших перевезли на эти базы. На одном из кораблей находилась команда с Ригель Центавра, они такие же гуманоиды, как и мы, но там не осталось выживших. Другая авария произошла с кораблём, команда которой была, как бы вы выразились, «биотехнологической», мы их уже обсуждали. Они были наблюдателями от другого, связанного с нашим, Галактического Сообщества, которое объединяет тысячи Систем в десятках Галактик в квадранте, относящемся к нашему Галактическому Сообществу. Существуют расы, способные, в буквальном смысле, переносить свою квантовую энергию, или, как вы говорите «душу», в машины, которые можно назвать «особой квантовой одеждой». Они способны взаимодействовать с окружающей средой, проводить исследования в отдалённых местах, и вступать в контакт с нездоровыми цивилизациями, менее развитыми, не находясь физически в биологическом теле. Эти «костюмы» не нуждаются в содержании и ремонте, и от них можно избавиться или уничтожить, не причиняя никому никакого вреда. Мы используем подобные костюмы для исследования мест, где не может выжить гуманоид, где присутствуют смертельные газы, нехватка кислорода, экстремальные температуры или опасные и непредсказуемые существа. Эти костюмы очень легко распознать, так как, на них отсутствуют какие-либо отверстия для дыхания, слуха, на них нет рта или гениталий. Все «костюмы», захваченные вашими правительствами, были покинуты операторами, и вышли из строя, как только были собраны данные, интересующие операторов в процессе «захвата». Когда вы общаетесь с одной из таких машин, вы, непосредственно, общаетесь с другим живым существом, душой, равной вам, только более развитой, которая использует высокоразвитые технологии, чтобы попасть туда, где находитесь вы и поговорить с вами. Эти костюмы создаются на основе молекулярных технологий, на миллионы лет ушедших вперёд от ваших, поэтому, для ваших учёных, пока не представляется возможным их понять или проанализировать.